Дикая охота
Возле Сихова когда-то шумели густые-прегустые леса с вековыми дубами и непроходимыми чащами. Вдоль лесов тянулись поля, и люди, которые их обрабатывали, не раз слышали, как в глубине леса топочут кони, лают борзые, охотники дудят в рога, вихрь ломает деревья, крушит сухостой, а в верхушках деревьев звучит громкое «Гей-го! Гу-гей-го! Гей-го!» Если кто-то в это время, когда мчались дикие охотники, находился в лесу, то, услышав шум и вопль, бросал всё и спешил прочь из леса. А когда видел, что не успеет убежать, то падал на землю ничком, скрестив руки, и лежал неподвижно, ожидая, пока дикие охотники не промчатся над ним. Казалось, они летят над землёй так низко, что вот-вот растопчут, но это только так казалось. Если лежать тихо и не стараться рассмотреть ловцов, то всё приключение ничем не угрожает. А о том, чтобы откликнуться на их «Гей-го!», то и речи быть не могло. И вот почему.
Вдоль леса тянулись поля. Как-то человек, который полол грядки, услышал восклицания диких охотников, которые гарцевали по лесу, и сдуру крикнул во весь голос:
– Го-гей-го!
В ответ прозвучал такой жуткий хохот, что волосы у мужчины встали дыбом, и он изо всех сил помчался домой. А ночью услышал возле своего дома ржание коней, топот копыт, и через миг кто-то швырнул ему в окно сгнившую лошадиную ногу, которая воняла так ужасно, что мужчина, хоть и очень испугался, выбросил ногу из дома.
Утром он нашёл ногу на том же месте. Тогда он выкопал около леса яму и закопал ногу. Но когда вернулся домой, то увидел её там, где и нашёл. Вот так морока! Хорошо, что он додумался батюшку пригласить, чтобы тот освятил дом, и наконец сумел избавиться от этой вонючей ноги.
А другому такому смельчаку, который откликнулся на вопли диких ловцов, швырнули в окно человеческую ногу в красном сапоге, которая кровоточила и тоже воняла, как сто чертей. При этом, правда, ещё и крикнули:
– А это тебе кусочек мясца за то, что нам помогал!
И так же он маялся с ногой, пока не позвал местного священника.
Ещё был случай, когда охотник, услышав, что мчатся дикие ловцы, да так, что аж деревья пригибаются едва не до самой земли, стал им вторить:
– Гей-го!
В тот же миг ему под ноги упал забитый заяц. Охотник очень обрадовался, потому что как раз ничего не поймал, он подобрал зайца и бросил в сумку. Уже по дороге домой он почувствовал, что что-то пованивает, но не предал этому значения. Дома открыл сумку, а там – сгнившая падаль, вся в червях. Бррр!
С тех пор все запомнили, что нельзя откликаться на крики диких охотников.
Рука оборотня
В первой половине XVІІ века на окраине Львова жил Базилий Горошинский, человек богатый и уважаемый. Его поместье раскинулось на берегу Полтвы, а за рекой темнели густые леса, где водилось много зверей, и пан Базилий зачастую выбирался со своими собаками на охоту. Этот лес оброс нехорошими слухами, крестьяне остерегались заходить в глубь леса без оружия. Считалось, что там водилось какое-то чудовище, похожее на волка, и уже были случаи, что оно нападало на людей. Однако сам пан Базилий считал эти слухи суеверием.
В один сентябрьский день 1624 года приехал в гости к пану Базилию его давний товарищ Северин Мостович, который был отчаянным охотником и любил целыми днями блуждать по лесам, охотясь на фазанов, тетеревов или зайцев. В гостях он тоже баклуши не бил и начал уговаривать хозяина пойти вместе на охоту, но тот отказался, потому что ждал жену, которая должна была вернуться от своих родителей. Пан Базилий сказал, что как только жена вернётся, он догонит пана Северина.
Гостю не оставалось ничего другого, как, прихватив мушкет и сумку, отправиться в лес одному.
Тем временем пан Базилий, так и не дождавшись своей жены и думая, что она осталась у родителей ночевать, решил присоединиться к гостю.
Уже день клонился к вечеру, солнце как раз золотило верхушки деревьев. Пан Базилий миновал просеку и когда стал спускаться в долину, где водилось много разной дичи, услышал какую-то возню и крики. Через минуту он увидел своего товарища среди всклокоченной травы и вырванных с корнями кустов. Весь его вид говорил о том, что он пережил какое-то неприятное приключение. Приблизившись, пан Базилий ужаснулся: его гость с растерянным видом озирался по сторонам, будто ожидая нападения, одежда была истрёпана и забрызгана кровью, руки исцарапаны, страх горел в его глазах.
– Что произошло? – удивился пан Базилий.
– Только что на меня напала очень большая волчица! Я выстрелил и не попал. Она прыгнула на меня, и я огрел её по голове прикладом. Она покатилась по траве, а я выхватил саблю и, когда волчица прыгнула на меня снова, ударил её наотмашь и отрубил лапу. После этого она, страшно скуля, исчезла. Лапу я спрятал в сумку. Сейчас тебе покажу, чтобы ты не думал, будто я всё выдумал.