-Лиза.
-Ты ж не помнишь, как я ждала тебя каждый день с работы. Каждый раз готовила твой любимый суп. И в те вечера, когда в постели ты просто отворачивался от меня и засыпал – я и правда верила, что ты просто устал на работе, а не потому, что до этого ты хорошенько отодрал свою коллегу, и на меня совсем не осталось сил.
Больной, широко открыв глаза и затаив дыхание внимательно вслушивался в слова посетительницы, переводя взгляд то на Лизу, то на Агату, которая, спрятав руки в карманы пальто, облокотилась на косяк дверного проёма и просто, без эмоций, наблюдала за происходящим, ожидая завершения разговора.
-Благо, тогда появились ребята из Анти-Б. Они рассказали мне о твоих тайнах, показали фотографии и видео, где ты в компании разных дам ведёшь отнюдь не деловую, и даже не дружескую беседу, и предложили свою помощь. Даже предложили возможные варианты расправы над тобой, но я не хотела бы, чтоб ты страдал или мучился, поскольку, даже не смотря на это всё, я тебя тогда любила. И тогда у них нашёлся оптимальный вариант, как с тобой можно поквитаться.
-Но я не помню ничего.
-Я тебе сейчас всё объясню. Возможно, в остатках твоей памяти остался тот вечер, когда я приготовила тебе тот вкусный паштет. Он тебе тогда так понравился. Так вот, то блюдо я сделала из культуры клеток спинного мозга коровы, падшей от Губчатой энцефалопатии. Это прионная болезнь, которая поражает головной мозг, пронизывая его порами и, таким образом, со временем делает из него «губку». Поскольку вероятность заражения этим возбудителем не стопроцентная, я стала наблюдать за тобой, с целью определить, произошло ли заражение. И да, за блюдо, опять-таки, поблагодари Агату. Это она раздобыла мозг.
-Как? – вопросил, судя по всему, находясь в замешательстве Антон.
-Когда у тебя начали возникать незначительные проблемы с вниманием, когда ты пару раз забыл дома мобильник, я поняла, что идея сработала. Тогда же я и нашла повод от тебя уйти, якобы случайно застав тебя с этой мымрой в той забегаловке. И тебя тогда даже не удивило, что я там делаю. Помнишь?
-Да, – неожиданно в закромах памяти всплыла та самая картина: заплаканное лицо Лизы и чувство вины перед Наташей из отдела кадров. Похоже, подобные моменты действительно оставляют глубокий отпечаток в памяти даже поражённого заболеванием мозга.
-Надо же, даже так. И тебя даже не удивило, что мы довольно-таки мирно расстались. Похоже, ты воспринял это как должное, ведь для тебя не хватало ещё, чтоб какая-то писюха тебе скандалы устраивала. Верно?
-Лиза! – внезапно попыталась успокоить девушку Агата.
-Да, прости. Ты тогда даже обнял меня не прощание, когда я садилась в такси. И знаешь, что при этом было самое страшное?
-Нет.
-Я очень сильно хотела с тобой остаться, но не могла. Агата предупредила меня, что потом у тебя наступит повышенная раздражительность, начнутся приступы агрессии, и я могу от этого пострадать, особенно, если б я решила бросить тебя именно в то время. Дальше, конечно же, в течение года ты испытал апатию, депрессию, докатился до слабоумия и вот ты здесь, лежишь, ходишь под себя и необратимо ждёшь своего конца. И слава Богу! Теперь одной мразью на Земле станет меньше, и ты больше никому не причинишь боль, как мне в своё время.
Последнюю фразу Антон, судя по всему, пропустил мимо ушей, поскольку, исходя из замершего стеклянного взгляда, парень ушёл в себя, копаясь в перемешанных обрывках воспоминаний, и стараясь, хоть как-то сложить друг с другом оставшиеся пазлы истлевшей картины.
-Лиза, посмотри что за диагноз ему поставили.
-Покажи.
-Синдром Герстмана — Штраусслера — Шейнкера.
-Кого?
-Здесь написано, что это семейное заболевание, что передаётся по наследству. То есть, врачи решили, что эта болезнь досталась ему от предков.
-Вот и хорошо. Меньше вопросов возникнет.
Сразу после вспышки от молнии, комнату озарила другая вспышка, но уже от телефона Агаты. Сделав несколько снимков доживающего свои дни мужчины, девушки покинули палату, больше никогда не вернувшись в неё.
***
-Вот так да! Это ты намекаешь, что сделаешь со мной то же самое, если я найду другую? – съязвил Богдан, за что получил шлепок ладонью по плечу.
-Нет, Бодя, тебе я просто кое-что отрежу, вот и всё.
От этих слов в посадке поднялся смех.
-Ладно, ребята, собираем бутылки. Рома, затуши, пожалуйста, костёр.
-Так я же только что сходил. Больше нечем.
-Очень смешно! – не оценила шутку Ира, складывая стеклотару в полиэтиленовый пакет. – Ладно, ребята, завтра созвонимся. Там у моего деда как раз вино созрело. Будем пробовать.