Когда светлый закончил рассказывать, Ледат молча загремел посудой. Он размял в ступке какие-то синие ягоды, добавив к ним мутную желтоватую жидкость из стеклянной колбы. Затем он открыл деревянный люк в полу, который был так хорошо подогнан под доски, что Колтрин его даже не заметил, и спустился по лестнице в большой подвал. Ледат вернулся оттуда с охапкой какой-то сушеной травы. Он положил травы вместе с толчеными ягодами в котел, залил их водой и поставил на огонь. Ледат сел обратно на скамью и принялся стругать ножом веточку дерева, превращая ее в щепки и сгребая их в кучу на столе.
— Мы проникнем к Велии в голову, — сказал он. — Мне нужно объяснить ей как сосуществовать с Наоди.
— Объяснить? И что значит сосуществовать, мы разве не хотим его победить?
— Нет. Велия и Наоди — единое и неразделимое целое. Теперь это так, Сейчас они борются друг с другом, но борьба ни к чему не приведет. Просто поверь, в этом бою нельзя победить. Их сознания должны слиться, но в то же время некоторые границы должны остаться, чтобы Велия не потеряла рассудок. Это и нужно ей объяснить. Вот так… А кто она для тебя? Ты же светлый маг, верно? Что у тебя общего может быть с некромантами?
Колтрин смутился и долго раздумывал, что ответить. Ледат вгляделся в лицо светлого.
— О… Не говори, я понял. А ты не ищешь легких путей, да? Я думал, ее никто никогда не полюбит. Я рад, что ошибался. И как у вас дела?
— Никак.
— Она тебе так и сказала?
— Не совсем, она сказала, что ей надо подумать,
— Если она говорит, что ей надо подумать, значит так и есть. Правда думать она может очень долго, но это уже другой вопрос. Вообще, с ней всегда было сложно, она сторонится светлых чувств. Что там любовь, она считает любое проявление доброты слабостью. При этом спасает всех, кого может, стараясь дать всем понять, что делает им великое одолжение, хотя на самом деле делает это для себя. Но это ничего, с возрастом пройдет. Я тоже таким был когда-то. Молодых манит тьма, особенно некромантов. Вот так…
Закипела вода в котле. Ледат долго варил травы, усиленно размешивая. Травы растворились в воде практически полностью. Получившуюся зеленую жижу Ледат перелил в глиняный горшок, помешал деревянной ложкой некоторое время, достал с полок две кружки и наполнил их. В горшке осталось еще много варева.
— Пока теплое, на вкус не так отвратительно, пей, — сказал Ледат.
Колтрин послушно выпил целую кружку, отчаянно борясь с желанием выплюнуть эту гадость и опустошить желудок следом. На вкус оно было как редька, с нотками сырой рыбы и чего-то стухшего. Ледат выпил свою порцию залпом и даже бровью не повел.
— Надеюсь, мы не будем допивать? — спросил Колтрин, с опасением косясь на остатки жижы в горшке.
— Нет. Остатками нужно намазаться, — ответил Ледат.
— Знаки какие-то начертить?
— Нет. Просто надо чтобы отвар проник еще и через кожу. Можно намазать руки, можно ноги. В действительности, на что дурости хватит, — усмехнулся Ледат.
Колтрин глупо улыбнулся, закатал рукава рубашки и принялся мазать руки.
Травяной отвар удивительно быстро впитался в кожу, а руки стали похожи на лягушачьи: все в пятнах от ярко зеленого до болотного и коричневого цвета. Колтрин задумался, отмоется ли это теперь, но спрашивать не решился: слишком малозначительным было это уточнение на фоне происходящих событий.
— Это отмоется, — заверил Ледат, угадав невысказанный вопрос. — Но не быстро, — добавил он, немного погодя.
Ледат окунул палец в остатки травяной жижы и нарисовал Велии знак на руке. Затем он взял с полки маленький пузырек с прозрачной жидкостью и капнул Велии в глаза.
— Ляг на пол, — сказал Ледат.
Колтрин лег, не задавая лишних вопросов. Ледат кинул в затухающий огонь щепки, которые настрогал ранее, и лег на пол следом за светлым. Дыма от щепок было так много, что он не успевал уходить в трубу и проник в комнату. Попеременно запахло медом, болотом, цветами, дегтем, коровьим навозом, клубникой, свежескошенной травой и яблочным вареньем. Вскоре запахи смешались, существуя и ощущаясь одновременно, а потом вдруг пропали. Закружилась голова. Мир поблек и исчез. Сознание на секунду погасло, словно светлый заснул крепким сном. Очнулся он стоя в чистом поле. Ледат обнаружился неподалеку и положение его было безрадостным: трехметровый, совершенно лысый молодой человек в сером балахоне вцепился некроманту в воротник. Незнакомец поднял Ледата над землей и тряс его как нашкодившего котенка.
— … до добра оно тебя не доведет! Да и врешь ты как козленок! Я мысли твои вижу, а правда с ними не сходится! Вот где твой светлый маг сообщник? Где он бултыхается?
— Я тут! — выкрикнул Колтрин, привлекая к себе внимание.
— О! А мы, наверное, тебя ждали! — сказал странный незнакомец и опустил Ледата на землю. — Ты тот самый светлый маг, который хочет покопаться в мозгах одной молодой мертвомантки вместе с одним немолодым мертвомантом? — спросил трехметровый человек.
— Он самый, — подтвердил Колтрин чуть помедлив.
Ему понадобилось время, чтобы мысленно расшифровать сказанное незнакомцем.
— А вы кто? — спросил Светлый.
— Я страж людских мозгов! Без моего дозволения в них гулять нельзя.
Светлый задумался.
— А как же слухачи? Или они у тебя сначала спрашивают?
— Нет, что ты. Им не нужно спрашивать, им уже все позволено, они все таки мои дети. Их матери правда об этом не знают. Но мы не об этом сейчас! Подойди-ка поближе, а то у меня орнамент в голове не складывается, — сказал хранитель мозгов и поманил Колтрина пальцем.
Хранитель мозгов положил Колтрину руку на голову и, закрыв глаза, начал тихонько мычать. Вскоре он закончил мычать и вынес вердикт:
— Ладно, теперь я вижу, что вы не какие-нибудь брехливые козлята и вам можно верить. И намерения ваши пушисты как белкин хвост. Можете идти к своей мертвомантке в голову.
Внезапно посреди поля появилась арка из белого камня, проход в которую был закрыл полупрозрачной, мерцающей фиолетовыми огоньками завесой.
За завесой было уже не поле, там было темно и пусто.
— Да, вашу мертвомантку надо выручать! — протянул хранитель мозгов и кивнул в сторону арки.
Колтрин, не дожидаясь, пока станет страшно, шагнул вперед сквозь завесу и очутился во тьме.
— Смотри-ка ты, опять он тебя спасает! — услышал Колтрин громкий рычащий голос.
Голос слышался отовсюду одновременно, совершенно непонятно было, откуда он идет. А еще пропало ощущение тела. Светлому показалось, что это похоже на смерть, но он старался об этом не думать.
— Колтрин? — прозвучал голос Велии.
— Да! Мы тебя вытащим! — взволнованно крикнул светлый, пытаясь разглядеть в темноте хоть что-то.
— Я тебя хорошо слышу, не ори, — спокойно сказала некромантка.
— Ладно, — сказал Колтрин на порядок тише. — Я нашел Ледата, точнее, он нашел меня. Он говорит, что знает, как помочь. Он скоро должен появиться.
— Ждем не дождемся, — прорычал Найёдиу.
Най замолчал и повисла тревожная тишина. Из-за непроглядного мрака вокруг, тишина была просто невыносимой. Некромантка совсем не ощущала здесь времени и не понимала, парит она в пустоте день, неделю или несколько минут.
— Ты еще тут? — спросила некромантка.
— Да, — ответил Колтрин.
— Когда ты замолкаешь, непонятно, где ты.
— Могу болтать без умолку, если тебе так будет спокойнее.
— Ты хоть понимаешь, как это слащаво прозвучало? — заметил Найёдиу.
— Тебя не спрашивали, — буркнула Велия.
— Не обращай на него внимание, он древнее воплощение зла, что с него взять, — усмехнулся Колтрин.
— И впрямь, реагируй спокойнее, тебе с ним жить всю оставшуюся жизнь, — прозвучал в темноте новый голос.
Ледат наконец появился.
— Всю оставшуюся жизнь? Ты же говорил, что он знает, как помочь, — возмущенно сказала Велия.