Зибилла подошла к двери первой камеры и заглянула внутрь через зарешеченное окошко.
— За измену, — раздался изнутри спокойный мужской голос.
Альва хмыкнула. Убийство это конечно чересчур, но его можно понять.
— За измену чего? — задала следующий вопрос Зибилла.
Альва удивилась странной формулировке вопроса.
— За измену рецепта пирога со свининой. Она всегда делала его одинаково, но однажды добавила морковь. До сих пор вспоминать противно!
У Альвы глаза полезли на лоб.
— Многие маги не дружат с головой, — пояснила Зибилла. — Их бы лечить, а не запирать в темницах, но мы пока не знаем как. Мы изучаем этот вопрос, но не достигли значительных результатов. Из того что мы знаем, на разум хуже всего влияет темная магия и некромантия… На третьем этаже заперто много убийц. Маги часто убивают просто разозлившись или выпив. Алкоголь делает магов вдвойне опасными, поэтому те, кто не хотят навредить другим, стараются его не пить. Идем дальше.
Они спустились на два этажа ниже. Если на третьем этаже было просто свежо, то на пятом стало холодно. Чувствовалось, что они глубоко под землёй. Альве стало жалко заключённых, которые сидят здесь годами: уже через несколько минут ей стало зябко, хотелось согреться. Камеры внизу были другими, их было меньше и двери в них были без окошек, обиты железом.
— Холодно тут, — поежилась Альва.
— Это предпоследний этаж. Тут сидят исключительные экземпляры. В конце коридора сидит ведьма, которая заклятием влюбила в себя всех мужчин одного небольшого города. Нет, "влюбила" неправильное слово, скорее подчинила себе их волю. Под ее влиянием они живьем содрали кожу со своих жен и детей, чтобы угодить ведьме. Когда альдоры узнали об этом и заперли ведьму здесь, большинство из мужчин, освободившись от заклятия, не смогли жить с тем, что сотворили. Таким образом, по вине ведьмы погибло около тысячи трехсот человек. И это только в тот раз. Сомнительно, что это было ее первое злодеяние… А в этой камере сидит темный маг, который пристрастился к мозгам младенцев. Уж не знаю, чем они ему так понравились.
— Они нежнее, чем у взрослых! — раздался голос из-за двери.
Альву перетряхнуло. Как можно есть человеческие мозги?
— В соседней камере сидит темный маг, проводивший эксперименты на людях. Они были довольно однообразными: он отрубал им конечности и проверял, сколько они проживут. Есть стихийный маг, который истребил город, наслав на него землетрясение. Ему продали в таверне суп, от которого у него случилось расстройство желудка. Маг закончил свои дела, отъехал от городских ворот подальше и…
Заключенных Альве становилось все менее жалко. Холод это меньшее, чего они заслуживают.
— По большому счету, маги, о которых я рассказала, жизни не заслуживают, — сказала Зибилла. — Но убить их сложно, на это нужно затрачивать силы и магические средства. А здесь, лишенные магии, они сами умрут, рано или поздно. В тюрьме очень редко кто живет дольше десяти лет. Холод, болезни, не самая лучшая еда…
— А кто на шестом этаже? В самом низу… — поинтересовалась Альва.
— Некроманты. Сейчас там их семь человек. Не сказала бы, что они самые опасные, та же ведьма, или стихийный маг, о которых я рассказывала, опаснее. Это скорее традиция. Всех некромантов мы отправляем на шестой этаж.
— И что они совершили? Те, кто сейчас на шестом этаже?
— Мы не знаем. Но они некроманты, этого достаточно. Идем обратно, ты верно замерзла. И впечатлений на сегодня с тебя хватит.
— А где держат Вемира? — наконец решилась спросить Альва.
— На первом этаже. Но не беспокойся, он там не навсегда. Уже скоро он передумает, перестанет упрямиться и продолжит учебу.
— Почему вы так думаете?
— Так со всеми происходит, тюрьма — не самое приятное место, — сказала Зибилла, поставив точку в этом разговоре.
Альва подумала, что на месте Вемира она давно бы подчинилась. Что она, собственно, и делает сейчас. Конечно, она не совсем сдалась и обдумывает план побега. Безуспешно, но все же…
Зибилла странно смотрела на Альву, пока они поднимались обратно наверх по лестнице. Когда они покинули тюрьму и зашагали по тропинкам сада, Альва осмелела и решилась спросить.
— Что-то не так?
Зибилла остановилась около скамейки, предложила Альве сесть и сама устроилась рядом.
— Я в тебе что-то заметила. Что-то странное, — сказала Зибилла.
Альва нахмурилась.
— Можно твою руку?
Альва кивнула. Зибилла взяла ее за руку и закрыла глаза.
— Говоришь, ты никогда не пробовала применять силу? — спросила Зибилла, не отпуская руку.
— Эмм… — промычала Альва, вспоминая, как защищала от альдоров одну непутевую некромантку.
— Ты и сейчас держишь контроль над кем-то, но очень странным образом. Словно… — Зибилла отпустила руку Альвы. — Это похоже на защиту. Защиту от альдоров. Мы здесь такому не учим. Я только слышала о том, что такое возможно. Кого ты защищаешь?
Альва молчала.
— Защищать кого-то — не преступление. Но если о защите узнает кто-то еще, он может не понять, так что тебе повезло, что я первая ее заметила. Защита от альдоров это… Мы ведь не нападаем без причины, маги должны нас опасаться только если они преступники. Альдоры не защищают магов от других альдоров, и ты не должна. Не буду спрашивать, почему ты это делаешь, и кто тебя этому научил, вполне возможно, ты сделала это интуитивно, испытывая к кому-то светлые чувства, но сейчас сними эту защиту. Для твоего же блага.
Альва задумалась. Она настолько привыкла быть щитом для Велии, что теперь не понимала, как перестать им быть.
— Установи связь с защитой заново и убери ее. Возьми свою силу обратно, — подсказывала Зибилла.
Альва мысленно обратилась к своей защите, стараясь при этом не сосредотачиваться на том, кто и где находится под этой защитой. Неизвестно, что Зибилла еще могла почувствовать. Наверняка она бы обрадовалась, узнав, где можно отловить некроманта.
Снять защиту оказалось намного проще, чем ее поставить, достаточно было желания, облаченного в короткий импульс силы,
— Вот и хорошо, — удовлетворённо сказала Зибилла. — Когда закончишь обучение, сможешь сама решать, кого из магов нужно защищать, а от каких магов нужно защищать остальной мир, а пока соблюдай правила и все у тебя будет хорошо.
— А у Вемира все будет хорошо? — спросила Альва.
На месте тех, кто в Амтаре принимает такие решения, сама Альва бы ни за что не стала выпускать Вемира, но что ответит Зибилла? Хотя она наверняка не в силах ничего сделать, но все же…
— Его выпустят, когда посчитают, что он не причинит никому вреда и будет учиться, а не планировать побег, — ответила Зибилла.
— Сидя в тюрьме он точно благосклоннее не станет. А на убийство он не способен.
Альва вспомнила день, когда они сражались против Шаэс, Эльгарда и их небольшой армии. Вемир лишал магов силы, а затем их добивал Ренс. После такого сказать, что Вемир не способен на убийство, было бы весьма самонадеянно. С другой стороны, он не своими руками их убивал, он только помогал убивать…
— Я поговорю по поводу Вемира. Ты бы поручилась за него? За то, что он не станет бросаться на альдоров с кулаками, не будет рыть ход наружу?
— Да, — уверенно ответила Альва.
— Хорошо, я поговорю. Спрошу, как скоро его собираются выпустить и что мы можем сделать для того, чтобы ускорить процесс.
С каждой фразой Зибиллы Альве становилось все сложнее ненавидеть альдоров.
Глава 11
Колтрин посматривал на Велию. Просто посматривал странным взглядом, чем раздражал неимоверно.
Воздух был мокрым. Небо с самого утра покрылось ровным слоем серых облаков. Сначала пошел дождь, потом заморосило, и это не прекращалось уже несколько часов. Они воспользовались порталами, и самое интересное, что погода была отвратительной по обе стороны порталов. Некромантке начинали надоедать вечные походы и поездки. Альгра маленькая страна, но почему-то им постоянно приходится куда-то ехать и каждый раз путь занимал немало времени.