Разгоряченная и взмокшая Эмилия влетела в свою комнату, на ходу расстегивая пуговицы. На кровати уже лежало другое платье - серое, в узкую розовую полоску, с широким фартуком. Единственным украшением наряда был вышитый шелком вензель рода на кармане, потому что дневные рабочие платья должны быть мерилом скромности и пунктуальности. Как платье может являться мерилом пунктуальности - Эмилия не понимала, скромности еще ладно. На столике стоял подносик с перекусом, пришедшимся как раз вовремя, проголодавшаяся после танцев девушка в мгновение ока смела и хлеб с сыром, и зелень. Пора было идти в оранжерею - садовник уже ждал ее.
Занятие с господином Барнсом прошло не в пример приятнее - вместе они пересадили захворавший розовый куст, удалив с корней большого толстого червяка.
- Смотри, Милочка, червяк впился в самую середину, сейчас мы его вытянем и выкинем на задний двор, в компост, ему там самое место, пусть новую землю нам под фиалки готовит, - добродушно гудел пожилой мужчина, осторожно поддевая извивающегося червяка двумя пальцами, - Хочешь подержать?
Вытянувшая шею Эмилия замотала головой и слегка попятилась - червяк был голым и скользким, было даже противно представить, как он будет касаться ее кожи. Так что непрошенного квартиранта садовник отнес сам. Потом они вместе нарезали для букета дюжину кремовых роз и целую охапку аспарагуса, усеянного мелкими зелеными бусинками плодов. Все это богатство Эмилия отнесла в большую столовую и установила в напольной высоченной вазе, тщательно расправив помявшиеся по дороге листики.
К обеду приехал папа, с утра успевший побывать на дальней ферме, где осматривал поголовье народившихся ягнят. Одного из них, маленького и слабого, решили выбраковать, и Генри привез его к ужину, притороченного к седлу. Всего этого Эмилия, исполнявшая ритуальное повисание у отца на шее, не видела, Генри считал, что осознание прямой связи бегающего и блеющего очаровашки и нежного антрекота должно прийти как можно позже. Повисев на высоченном отце и получив свою долю тисканий, Эмилия распорядилась накрывать на стол, потому что мама уехала с визитом к подруге и ответственность за трапезу ложилась на девушку. За обедом она выслушала рассказ о Вольчьем логе, в котором водились волки, и круглый год было тенисто и тихо.
- Папа, ведь волки нападают на стадо, почему бы их не прогнать оттуда?
Генри усмехнулся:
- Потому что им некуда будет пойти, все подходящие места заняты другими семьями волков. И потом, посмотри, за год они нападают на стада не больше десяти раз. А кушать им надо каждый день. Что они едят остальное время?
- Зайцев, - уверенно ответила девушка, она знала это, в книжке совершенно точно было написано.
- Правильно, зайцев. А зайцы что едят?
- Капусту.
- А где они берут капусту?
- На огороде, - Эмилия призадумалась. Оказывается, вредные волки тоже зачем-то нужны.
- Правильно, - подтвердил папа, - вот тебе на завтра задание: найди и прочитай статью «О круге жизни или о великом превращении трав и злаков в плесень». Статья в толстой синей книге у меня в библиотеке. Впрочем, пойдем, я тебе ее покажу.
До заката Эмилия помогала отцу. Под диктовку она записывала цифры прихода и расхода ровным округлым почерком в толстую тетрадь с разлинованными страницами. Иногда на кончике пера повисала тяжелая темно-синяя капля, и Эмилия быстренько снимала ее специальной салфеткой. И все чаще поглядывала на часы, стрелки которых приближались к пяти. Ровно в пять Генри прервался чуть ли не на полуслове и скомандовал:
- Все, иди прихорашивайся, к ужину ты должна быть нарядной.
Эмилия подскочила, быстро поцеловала отца в щеку и убежала. На почти полностью заполненной странице тетради расплылось большое чернильное пятно от брошенного пера. Вздохнув, Генри выдрал страницу и стал заполнять ее самостоятельно.
В комнате Эмилию ждали горничная и парикмахер. Наскоро сполоснувшись в налитой ванне, девушка отдала себя в их руки. Ее завертели как куклу, одновременно причесывая и одевая, ей оставалось только попискивать от особо резких поворотов или дернутой пряди.
Через четверть часа все было готово, и горничная с парикмахером удалились. Эмилия с удовольствием поглядела на себя в зеркало, ей всегда нравилось, как эти два человека делали из нее красивую и немного таинственную незнакомку. В пестрые короткие пряди были мастерски пришпилены искусственные локоны, увитые блестящими нитями и уложенные в высокую прическу с открытой шеей. Темно-зеленое платье подчеркнуло золотистый оттенок кожи и янтарь глаз. Довольная, Эмилия покрутилась, оглядывая себя со всех сторон и задумалась, под каким предлогом попросить у мамы купить ей помаду.