– Что, Соколик, думал, батюшка во всем всегда помогать будет? А теперь ты за него! Тебе и разбираться, – Белобородка сложила руки на груди крестом. – Всех женихов перевидал? Сидят, гадают, кому старшая, а кому младшая дочка достанется. Кому, Соколик, кровиночек доверишь?
– И ты туда же! Вы что со старшиной сговорились что ли? – Сокол отвернулся.
– Думаешь, напела тебе Беляна про красивые свадьбы и ими дело кончается? Жизнь-то подлиннее, чем трапезный стол. Девицам такое в голову не приходит. Им красавцев подавай, да богачей. А как жить начнут, так взвоют: один - любитель к настойке приложиться, другой - по бабам ходок. Даже вон князья твои хоть и благородные, а каждую девку взглядом мусолят.
– Чем тебе князья не угодили? – буркнул Сокол. – Любая бы завидной партией посчитала.
– Ага, и такого будущего ты Предгорью желаешь? Встать на побегушки во всех походах! Чернавин отец, который настоящий, отправился на войну за царя, да не доехав погиб. И за что? Женился на княжей родственнице – будь добр, защищай княжий дом.
– И давно ты стала военачальником? – Сокол сначала набычился, но, взглянув на махнувшую на него рукой ключницу, обреченно вздохнул и переменился. – Хорошо, что есть ты! Все-то ты видишь. За кого Чернаву отдать собралась?
Белобородка по-напускному распыхтелась, стала руки заламывать.
– Я, значит, тут тебе и на хозяйстве, и на военном деле, и за владыку решения принимай, может еще и в шахты меня кольщиком отправишь!? – она уперла руки в бока. – Ты заместо батьки поставлен, тебе и ответ держать!
Она подтолкнула Сокола обратно к трапезной. Он нехотя поддался, и задумчиво шагнул в сени.
«Стало быть, жизнь подлиннее трапезного стола. Что теперь выбирать мужей сестрицам? Бр-р…» – вертелось в голове у Сокола.
Понуро он вернулся в зал. Скоморохи, которых пригласил каравайный Иван, во всю потешничали. Они показывали сценки из местных сказаний. Перед гостями развернулось красочное представление. В центре трапезной танцевали и носились трое скоморохов, изображающих сказ о Демьяне-мастере. Один скоморох был одет горняком, бедным Демьяном. Его лицо чернело сажей. Второй нарядился в красивый сарафан и кокошник, изукрасив щеки свеклой – он явно изображал царевну-Маревну, что возжелала богатого жениха. Третий же обрядился в костюм коварного змея, что строит козни Демьяну и мешает найти драгоценные каменья.
Когда Сокол вернулся, скоморохи на мгновение застыли и замолкли. Один из них первым поклонился хозяину дома. Другие поспешили сделать то же самое. Сокол сел в красный угол и подал знак рукой, чтоб продолжали. Сценка возобновилась.
– Где ты был? – шепнула Беляна.
– Искал каравайного, – соврал Сокол.
Сестра скривилась в недовольстве, но ответ ее удовлетворил, и она больше ничего не стала спрашивать.
Тем временем, гусляры долго терзали струны: то наращивали темп, то затихали. Слов у песни не было, но в самые драматические моменты певцы дружно вытягивали радостное «Э-эх!» или грустное «О-о-о!». Скоморохи стихами излагали незамысловатый сюжет и вели душещипательные диалоги, от которых у гостей наворачивались слезы.
Когда царевна-Маревна отказала Демьяну после поднесенных даров в виде малахитовых бус, браслетов и серег, Беляна возмущенно пискнула. Сокола это позабавило, он вспомнил, как сестра всегда в детстве плакала над этим сказом – ей было жалко Демьяна.
После скоморох-Демьян вынес сундук и открыл его. Гости ахнули. Горница наполнилась бликами самоцветов. На сундук с изумрудами царевна-Маревна согласилась, но появился змей и попытался отобрать сундук у царевны. Беляна громко охнула. Демьян обнажил меч, и тут заулюлюкали все присутствующие. Скоморох-змей достал два искривленных кинжала, которые изображали клыки, и встал в позу разинувшего пасть аспида, готового наброситься на жертву. Между Демьяном и змеем завязался бой. Скоморохи танцевали с оружием так, что летели искры. Когда «бой» закончился и змей был повержен, гости взорвались аплодисментами.
Сокол хлопал вместе со всеми, даже встал. Скоморохи поклонились раз, другой, гусляры тоже встали и отвесили поклон. Оттеснив потешников назад, перед гостями выступил каравайный.
– Скоро мы покажем другую легенду, – начал он афишировать следующее представление. – Она о том, как девица-волчица спустилась в Навь за любимым…
Сокола словно что-то подтолкнуло. Он поднял руку вверх, останавливая каравайного. В трапезной наступила тишина.
– Уважаемые гости! – он обвел взглядом всех присутствующих в зале. И выборочно посмотрел на молодых мужей. – Женихи! Все вы здесь для того, чтобы участвовать в ярморочных гуляниях, а также в боях женихов и смотринах невест. Каждый год мы проводим этот праздник, и стараемся придумать забавы все интереснее и интереснее.