От этой мысли стало скверно. Она подумала:
«А ему-то я не нужна. До сих пор не женился, и не ответил на мою ласку!».
Тем временем Тихон осторожно посмеивался, рассказывая, как старшина потерял наградной кинжал. Беляна задумалась и хмуро в очередной раз стеганула лошадь веткой по крупу.
- Кто ты и что сделала с Беляной? – пошутил Тихон.
Девушка угрюмо пробормотала:
- Я не останусь в этом лесу ещё на одну ночь.
- А я бы остался... - мечтательно поддел её Тихон. – И подрался бы со страховидлой.
Сердце Беляны защемило, губы задрожали. Она отвернулась.
«Может, оно и к лучшему, что она влюблена в Пересвета?» - мелькнуло в голове.
Но отчего-то эта мысль ещё больше опечалила её.
К закату перед путниками раскинулось огромное поле. Вдали шумела река, и виднелись скалистые, поросшие лишайником берега. На той стороне возвышались острые башенки теремов Предгорья.
- Дом! – воскликнула Беляна и пошла чуть быстрее.
Ноги ныли нещадно. Руки саднило. От плохого сна Беляне хотелось только одного – рухнуть в свою любимую мягкую перину. Она из последних сил понеслась к подвесному мосту, забыв на мгновения о том, как болезненна такая скачка для Тихона.
Когда изнуренные и грязные они вошли в город, стража со всех ног кинулась им на встречу. Беляна радостно упала в объятья одного из знакомцев и разрыдалась. Однако он вместо того, чтобы помочь, он резко встряхнул девушку и сурово сказал:
- Беляна Олесевна, по указанию князя Богдана Милославича вас велено препроводить в темницу под замок.
С этими словами дружинник толкнул девушку в сторону сторожевой башни.
- Да что ты творишь, Илья? – возмутился Тихон.
Он с трудом перевалился и соскользнул со своего коня. Приземление оказалось крайне болезненным, ноги подкосились, и он еле удержался за уздечку.
- Тихон? – пискнула Беляна и потянулась к нему.
Но стражник оттолкнул её и снова направил к башне. На минуту он остановился, обернулся и сказал:
- Ты бы, Тихон, лучше доложил князю, что с вами приключилось. Он в тереме владыки восседает. Приказал свернуть ярмарку и трубить военные сборы.
Беляна впервые за два дня с ужасом вспомнила последнюю встречу с Богданом и заголосила:
- Вы тут все белены объелись? По какому праву меня в темницу этот… этот…
Она не закончила. Стражник Илья с силой толкнул девушку в каморку, словно та была не дочкой Воеводы, а отъявленной преступницей, и захлопнул за ней дверь.
Чернава
Серафин птицей нагнал Чернаву у самых врат в обитель Айнуш и крикнул:
- Постой, окаянная!
Кошка замедлила шаг. Она почти добежала до безопасного места. Голова вновь разрывалась изнутри, голос заполонил все пространство, из клыкастой пасти вырывалось тяжелое дыхание. Чернава иногда не видела от боли, куда ступает.
Земля закружилась перед глазами. Стоило глазам закрыться, как снежный барс снова обернулся прекрасной девушкой. Руки снова стали руками, острые девичьи коленки стукнулись о камни и засочились кровью, вместо шерсти туловище окуталось платьем. По плечам, спадая на пол, отросли черные волосы.
- Я снова обратилась собой! – радостно крикнула Чернава и с наслаждением обрушилась наземь.
В уголках глаз проступила влага, плечи, не отойдя от трансформации, слегка подрагивали. Серафин тоже сменил облик птицы на тело юноши и присел подле нее. Он протянул руку, помогая подняться. Но девица отвергла его помощь и почти обессилено привалилась к скользкой стене пещеры.
- Не трогай. Дай, отдышаться!
В каменном туннеле веяло ночным лесом и влажной землей. В человечьем облике Чернава не так хорошо различала запахи, но ей сейчас нравилось это гораздо больше. Что может сравниться с этим чудесным запахом? Особенно, когда ты – это ты. В кошачьем обличие все человеческие чувства притуплялись, обострялись лишь животные зрение, осязание и интуиция. Но что ей до этого пугающего и неконтролируемого состояния? Чернава не знала ответ.
- Не хочу возвращаться к ней, - девушка обессилено посмотрела на Серафина.
Тот лишь понимающе кивнул, помолчал немного и спросил:
- Там, в доме. Почему ты сбежала?
Чернава непонимающе воззрилась на спутника и, помедлив, ответила:
- Когда батюшка булавку показал, я пересилила зверя. Ведь это моя булавка! Он её мне подарил, сказал, что от матери осталась. Я не могу его убить. И не хочу! Почему Катёна не узнала её?