— Спасибо, не надо. Меня вполне устраивает и этот срок.
Обида захлестнула Хэльмира. Резко скинув с плеча руку лекаря, он вскочил и выпалил:
— Ну и пожалуйста, уезжай хоть сейчас! А я-то поверил, что ты мне друг! — Не в силах продолжать, он выбежал из библиотеки. Хадинг усмехнулся. Ох, горяч мальчишка! Ему любопытно было наблюдать за Хэльмиром. Несомненно, сходство его с отцом было велико, но правитель был зрелым мужем, немало испытавшим в жизни и знавшим ей цену. Движения его были полны мощи, взгляд пронзителен и властен. Высокий, статный, он даже сейчас был замечательно красив. А сын его — совсем мальчик. Во всем облике его была мягкость, и карие глаза смотрели на мир так доверчиво и беззлобно! Сила спала в нем, пока никем и ничем не потревоженная. Но иногда прорывались наружу страстность и горячность — буйная кровь воителей заявляла о себе. Интересно, как изменится он, когда повзрослеет, этот юный мечтатель?
Хаггар вернулся вечером. Поездка в лонгайрские степи оказалась тяжелей, чем он предполагал. Капитан безмерно устал и теперь хотел только одного — улечься в чистую, мягкую постель и спать часов десять кряду. Но сначала надо было зайти к отцу, увидеть брата. И Хаггар, даже не переменив запыленную, лоснящуюся от лошадиного пота и пропахшую дымом походную одежду, прошел в покои правителя. Слуги уже рассказали, что Номанатур поправился, но он хотел убедиться в выздоровлении отца сам. Стремительно влетев в коридор, ведущий к дверям в покои отца, Хаггар столкнулся с выходившим оттуда человеком. Оба не ожидали встречи, отскочили друг от друга, и арандамарец замер, оцепенев от изумления. Перед ним стоял увешанный золотыми побрякушками невысокий юноша в ярких восточных одеждах. Но не диковинность одежд поразила капитана. Лицо, которое незнакомец поспешно закрыл широким рукавом, — вот что заставило Хаггара затрепетать от волнения. Черты, не раз являвшиеся ему в мучительных снах. О боги, неужели это возможно?
— Стой! — рванулся он к незнакомцу, но тот уже бежал от него прочь.
— Да постой же! — завопил Хаггар, кинувшись было вдогонку, но его остановил властный голос:
— Что здесь происходит? — В дверях стоял Номанатур, и вид его ясно говорил, что грозы не избежать. Но, увидев сына, он радостно улыбнулся и шагнул навстречу: — А, здравствуй, здравствуй, бродяга! — Они крепко обнялись. — Что, только на порог, и уже шумишь? Кого это ты ловил?
— Здравствуй, отец! — Хаггар отодвинулся и придирчиво оглядел Номанатура с ног до головы. — Я рад, что ты снова здоров. Небо услышало нас. — И он снова обнял отца.
— Пойдем, сынок, ты расскажешь мне о поездке. — Правитель взял Хаггара под руку. Они вошли в каминный зал и уселись в кресла. Капитан с наслаждением потянулся, раскинув в стороны руки и вытянув ноги в грязных сапогах. Он снова дома. Можно больше не ждать нападений, не опасаться предательских стрел, можно отстегнуть от пояса меч, можно есть и спать сколько угодно, можно, наконец, подумать о себе и о той, далекой, любимой.
— Демоны! Незнакомец! Отец, кто был у тебя только что? — вскричал Хаггар, вспомнив юношу в восточных одеждах.
— Так вот ты кого хотел поймать! Это лекарь из восточных степей. Оставь его в покое, наверное, до смерти напугал беднягу. Расскажи-ка мне лучше, что делается в Лонгайре.
Номанатур налил вина в кубки, протянул один Хаггару и, сев в кресло напротив, принялся подробно расспрашивать сына о поездке. Когда разговор наконец-то закончился, и отец отпустил его, Хаггар чувствовал себя совершенно обессиленным. Но этот лекарь, его лицо, мелькнувшее и вызвавшее столько воспоминаний, кто он? Надо бы разузнать о нем. Но не сейчас. Он ведь еще не видел брата!
Подойдя к комнате Хэльмира, арандамарец бесшумно открыл дверь и, неслышно ступая, вошел. Сноровка разведчика не подвела и на этот раз. Юноша ничего не услышал. Он сидел за столом, уронив голову на руки, и время от времени тяжело вздыхал. Залетавший из открытого окна ветерок ерошил его густые темные волосы.
— О чем тоскуешь? — тихо спросил Хаггар.
— Брат! — Хэльмир вскочил, опрокинув стул, и бросился к Капитану. — Ты вернулся! Вот здорово! А я так ждал, так волновался!
— Глупости, было бы из-за чего! — Хаггар беззаботно рассмеялся, высвободившись из объятий юноши. — Смотри, что я тебе привез.
Он вытащил из-за пазухи тряпичный сверток и осторожно развернул. На его ладони стоял маленький эбеновый слоник. Хэльмир взял его в руки и принялся разглядывать.
— Вот, только и дел было, что слонов из дерева строгать. Говорят, они счастье приносят. А ты, дурачок, переживал! — небрежно бросил Хаггар, плюхаясь на застонавшую под его тяжестью кровать. — Хорошо! Ну, докладывай Капитану, как жил, что делал.