— Послушай-ка, Дию, что-то не так?
Старый лекарь, взглянув на нее, тихо произнес:
— Отошли Румиля.
— Что? Я не ослышалась?
— Нет, госпожа. — Дию взглянул ей в глаза. — Отошли его, пока не поздно.
— Что ты говоришь, старик? — Элен возмущенно фыркнула и откинулась в кресле, закутавшись в накидку. — Зачем это я должна его отсылать?
— Он любит тебя, Элен.
Она вскинула голову:
— Ну и что? И ты меня любишь, хоть и вечно ворчишь. И Ирлинг, хоть и побаивается. Что ж, в таком случае мне придется полдворца из столицы выслать!
— Прекрати паясничать! — Дию устало махнул рукой. — Он любит тебя и никогда не простит арандамарцу твоего поражения.
— Вздор. Да и куда я его отошлю? У него и был-то всего один друг, Талион. — Элен помедлила, а потом повторила как эхо: — Талион. Где он сейчас? Зачем покинул меня?
Дию молчал, опустив голову.
— Почему тебя нет со мной в день моей радости? Дию, неужели я больше никогда его не увижу?
— Принц искусный и осмотрительный воин, как и все в его отряде. Возможно, когда кончится война, они придут к тебе в Хьорланд.
— Хьорланд, — протянула Элен. — Белая пустыня. Да, там мы встретимся снова. — Закрыв глаза, она удержала слезы и прошептала: — Но горька будет наша встреча.
— Опять грустные мысли! — Дию был не рад, что поддержал разговор. — Сегодня ты должна быть веселой. А Румиля пошли с каким-нибудь поручением, да хоть на границу, к Дарку.
— Ты бредишь, — раздраженно перебила его Элен. — Румиля — с поручением? Прекрати, Дию! Румиль мне предан. И я не оскорблю его таким недоверием. Представляю — призову его и объявлю: “Дружище, я тут замуж собралась! А твоя мрачная физиономия портит всю картину беззаботного веселья. Так что собирайся, проваливай на время. А как торжества кончатся, так и быть, можешь возвращаться. Нам верные слуги нужны”. Так? Я никогда не отошлю его от себя, ты понял? Никогда!
Зная, что спорить и доказывать бесполезно, Дию сменил тактику.
— Ладно. Прости. Но хоть предупреди Хаггара.
— Хаггар — не мальчик. Пусть сам разбирается.
— С тобой совершенно невозможно говорить. — Дию, рассердившись, встал.
— На такие темы — да. — Элен не пошевельнулась, смотря, как лекарь шагает к двери. Выждав, когда он взялся за дверную ручку, она как ни в чем не бывало спросила: — Дию, друг мой, а компрессы?
Обернувшись, старик язвительно процедил:
— Сама разберешься, моя мудрая госпожа. А если нет, через час присылай, я буду у себя. — И он вышел, оставив ее одну. Вскоре служанки принесли ужин. Элен хотела встать, чтобы одеться, но вместо этого снова со стоном упала в кресло. Радостное возбуждение прошло, все сильнее давали о себе знать боль и усталость. Чуть не плача, она призналась себе, что ни о каком ужине вдвоем не может быть и речи. Следовало поберечь силы, ведь завтра предстоял долгий, хлопотный день. Церемонию откладывать нельзя. Прибывший сегодня утром из Святилища гонец передал, что время выбрано верно. Элен позвала:
— Мелита, детка, мне нужны перо, чернила и бумага.
Хаггар расхаживал по комнате, прислушиваясь к тишине за дверями в коридоре. Если он не ослышался, Элен говорила что-то про ужин. Но вот уже девять, а от нее ни слуху, ни духу. Неужели они сегодня больше не увидятся?
— Господин мой, — робко подал голос сидевший в кресле Атни. — Ты бы прилег, отдохнул. Я сейчас сбегаю, принесу чего-нибудь перекусить. А на ночь почитаю.
— Почитаешь? — Хаггар остановился. — Зачем?
— Ну, у нас так принято. — Атни поправил волосы. — Ведь сон приходит не сразу. Чтобы скрасить минуты его ожидания.
— Я от этой напасти избавлен, — отмахнулся арандамарец. — После такого дня успеть бы голову до подушки донести. Думаю, не придется тебе читать, пока ты у меня на службе.
— Ладно. А как насчет перекусить?
— Нет. Я подожду. — И Хаггар, опустив голову, снова принялся мерить шагами комнату. Вдруг он остановился, насторожившись. В коридоре послышались легкие торопливые шаги, а через мгновение раздался робкий стук в дверь. Хаггар тут же открыл и увидел красную от смущения служанку княгини. Не смея поднять на него глаза, она прошептала:
— Госпожа просила передать тебе эту записку, господин рыцарь.
Она протянула ему маленький свиток. Быстро развернув его, Хаггар прочел: “Прости, любимый. Я хотела послать за тобой, но безжалостный Дию не разрешил, напоив вместо этого своими ужасными микстурами. Наверное, поэтому у меня кружится голова и слипаются глаза, а тело такое тяжелое, что не пошевелиться. Не сердись, ведь отчасти ты сам в этом виноват. Поужинай без меня, сегодня — в последний раз. Я рада, что все так случилось”. Арандамарец встревоженно спросил служанку: