Пролог
Старейшие. 3188 год Эпохи Становления.
Мужчина, ворвавшийся в покои Совета, был грязен. Хотя… в первую очередь гонец Особой авасты[1] связи при мониторинговой коллегии выглядел смертельно уставшим. И только во вторую – в глаза бросалось то, что его одежду и доспех покрывали комки некой засохшей субстанции. Таковая появляется всегда, когда всадник гонит коня по мокрой после дождя дороге. Всё, что летит из-под копыт в сторону всадника – на нём и оседает. Землянисто-водянистая взвесь вперемешку с прочим перемолотым коваными копытами скакуна мусором, покрывающим дороги старого Саасструма.
То, что гонец не привёл себя в порядок перед тем, как потревожить Старейших, говорило об особой важности сообщения, им привезённого. Ещё более о первоочерёдности доставленного послания сигнализировала алая сулла[2], прицепленная к воротнику форменного дублета[3] гонца.
Вошедший, прижав руку к груди в установленном приветствии, бухнулся на колено.
- Старейшие! Послание из леса Авварратук!
С этими словами он протянул подошедшему к нему мелкому клерку, исполняющему при Совете Старейших обязанности внутреннего секретаря[4], запечатанный личной печатью отправителя тубус с посланием. Приняв поданное ему, секретарь, третий сын из рода Саннарал просеменил к амфитеатру и с поклоном подал тубус Первому Старейшему[5].
Повинуясь небрежному манию руки одного из вершителей судеб Старого Саасструма, служка растворился. Словно его и не было вовсе. По тому же сигналу, дежурный маг Совета приблизился к едва не шатающемуся от усталости гонцу и снял «Метку Смерти[6]» с его лба, походя добавив мужчине немного бодрости.
Поднявшись с пола, гонец отсалютовал и, выполнив чёткий воинский разворот, вышел из зала Совета.
- Что там? - лениво поинтересовался лаург[7] Ссадасс из рода Ванотар.
Таких гонцов присутствующие здесь мужи видели на своём веку тысячи. Поэтому появление очередного не произвело никакого впечатления на Высоких. Это там, у подножия властной пирамиды, каждый чих представляется достойным первоочередного внимания Высоких Старейших. Вот и шлют низовые исполнители гонцов, наделяя правом первоочередного беспрепятственного доклада. Вдруг известие произведёт на небожителей впечатление, и его отправитель заслужит высокую благодарность вкупе с малой толикой внимания и благоволения.
С высоты же их опыта и положения, вся эта суета представлялась мелочной муравьиной вознёй. Они, держащие в своих руках нити управления Саасструмом, видывали разные виды. И мальчишеский восторг какого-нибудь очередного соискателя благосклонного внимания Высоких – Старейшим был чужд.
- Опять послание из ситрикса Саисарл, - не отрываясь от чтения, ответил Первый Старейший.
- И что пишет Варасаар из рода Авруан? - понимающе произнёс Ссадасс с ленцой в голосе. Во всём его виде читалась скука. Авруан род древнейший и славный, но всегда славились повышенной эмоциональностью. В этом они были сродни их соседям – людям. А конкретно Варасаар ещё и вбил себе в голову всякие глупости и без устали, с упорством, достойным лучшего применения, гонялся за призраками далёкого прошлого. Зачем прыткий юноша пытался всех убедить, что угроза не миновала, лично Ссадасс не понимал. Ладно, коли это сулило бы взрывной карьерный рост, тогда понятно, но пока, кроме проблем и насмешек, юный Авруан на свою голову ничего не получал.
Остальные из «двадцати одного», занятые своими наиважнейшими делами, даже не прервали бесед. Ибо сам по себе факт появления гонца от этого недалёкого выскочки из заштатного ситрикса не стоил их драгоценного времени и внимания.
- Пишет, что его поисковики обнаружили Чёрный алтарь…
- Очередной? - Ссадасс даже рукой махнул от огорчения. Дескать стоило ли… Сколько их, таких, обнаружено по самым гиблым чащобам разных ситриксов страны. Остались кое где ещё, после того, как секта Надум Турпала, или Изгнанного, была уничтожена Двенадцатым Советом более трёхсот лет назад. У змеи вырвали жало. Так что обнаружение очередной сброшенной ею когда-то во время линьки шкурки – совсем не повод напрягаться и отвлекать от дел занятых людей.
- Действующий. Со следами жертвоприношения… - голос Первого был спокоен. Почти... - Жертва – человеческая девушка. Лет семнадцати. Возраст подробнее не определить без специальных медицинских исследований. Ну, уж ты, Дасс, точно знаешь из хроник, как ЭТО выглядит… Ты же у нас архивариус.