- Мне никто ничего не давал, - горестно вздохнула Дисса, - меня сюда как упирающегося щенка в будку за верёвочку затянули.
- Так и не о тебе речь. О жрице. Ей Турпал помог. Он отдал всё, что накопил за эти двести лет и теперь слаб как тогда, когда его ваши маги окоротили, лишив алтарей и служек.
- И каким образом нас с тобой это теперь касается? - иронично хмыкнула миледи Сандрам.
Дисса уже дошла до того состояния, когда человек ещё не пьян окончательно, но его уже тянет на «выяснялки» и копание во всяких мелких подробностях. Она никогда не пила столько вина, но сегодня… И если кто скажет, что у новоявленного отражения не было повода, то он очень сильно ошибётся.
- Ну, хорошо, ослаб этот божок. Я рада за него. Мне что делать? Я тут, - девушка обвела рукой окрест, - а эта стерва с моим…
- Дис, послушай меня, - увещевала Иллисмея, - меня это никак не касается. Я тут уже столько лет… А вот тебя… Вариантов у тебя немного. Иртарра тоже растратила всю силу на борьбу с тобой. Ты – древняя кровь. Кровь ваших магов. Я чувствую эту кровь. Таков мой дар. Он был во мне ещё до попадания сюда. Жрица не может воздействовать из зазеркалья на простого человека. Ей нужна такая, как я или такая, как ты. Иначе она не могла бы вырваться отсюда. Она взяла ещё и твою силу. Зацепилась за неё. Как тогда, двести лет назад, за мою.
- А что было с тобой? - заинтересованно воскликнула Дисса.
- Потом, Дис, сейчас главное, - мягко, но решительно пресекла перевод разговора на иную тему Иллисмея, - решить, что делать.
Увидев согласный кивок новой подруги, принцесса из рода Авруан спокойно продолжила с того места, на котором была прервана любознательной миледи Сандрам. Ведь несмотря на то, что девушки выглядели ровесницами внешне и, появись обе в реальном мире, являлись бы таковыми физически, более двухсот лет в заточении даром не проходят и накладывают неизгладимый отпечаток на сознание. Всяко повзрослеешь ментально.
- Сейчас они слабы. И Турпал, и его верховная жрица. Но если дать ей время восстановить силы, то у вас там, - движение руки в сторону зеркала, - начнётся то же самое, что случилось триста с лишним лет назад. Это её призвание – стравливать людей и начинать войны. Поверь, она умеет это делать очень хорошо. И если только прольётся кровь в какой-нибудь бойне, инициированной ею, Турпал начнёт набирать силу очень быстро. И кормить ею свою жрицу. И тогда ты повторишь мою судьбу. Застрянешь тут навеки.
Дисса недоверчиво повертела головой. Она понимала и принимала доводы новой подруги, но…
- Слабы? Да она меня просто раздавила! Ты бы видела. А то отражение, что было до неё, она просто вышвырнула куда-то, несмотря на перекрёсток, что силу даёт, и всё такое.
- Ты не права. Это был её перекрёсток. Ты просто попала в такие обстоятельства. А с тем отражением… Ничего, отлежится. И не такое бывало.
- Хорошо, - не сдавалась Дисса, - оно отлежится. А как прикажешь мне побеждать эту жрицу? Я, вот честно, не верила ни в каких магов. И даже слушать бы тебя не стала, кабы не оказалась тут. Пойми, я ума не приложу, как со всем этим быть!
- Силу она начнёт набирать, когда немного освоится в твоём мире. Она там не была очень давно. Поэтому черпать будет по мизеру, пока полностью не сольётся с тем измерением, - продолжала Иллисмея, игнорируя душевые метания подруги, - а это – очень долгое время. Но есть нюанс.
- Какой?
- Ты говоришь, у вас с твоим Илреем медовый месяц?
Дисса молча покраснела, что явилось для Иллисмеи ответом даже лучшим, чем любые слова.
- А скажи-ка мне, милая моя Дис, что там сейчас твой Илрей с нею делает, думая, что это ты?
Дисса покраснела ещё сильнее. Глаза зажглись огнём ненависти.
- Вижу, маленькая моя миледи Сандрам, ты прекрасно понимаешь, что бывает после такого совместного времяпрепровождения мужчины и женщины. И если она понесёт от твоего мужа, то ребёнок станет лучшей привязкой к ткани реального мира. И вот после этого ты её назад уже не затащишь. И тогда она ваш мир кровью зальёт по самую высокую башню самого большого замка.
- А чем больше будет крови, тем сильнее станет Надум Турпал?