Эле не хотелось возвращаться в замок, превратившийся за одну ночь в склеп для барона и его слуг, но выбора не было – надо выполнить поручение Луки. Стараясь не смотреть на трупы, она добралась до покоев духовника и отыскала на письменном столе его заметки. Будучи человеком педантичным и глубоко религиозном, он на протяжении многих лет вёл дневники, где записывал мысли о Боге и бытии или повествовал о жизни барона и его окружении. Мелким, каллиграфическим почерком была исписана целая кипа пожелтевших листов с засаленными краями. Похоже, священнослужитель часто и подолгу перечитывал свои записи.
«Хвала Господу нашему! Его милостью на помощь в битве с разбойниками вовремя подоспели племянники барона, Фридрих, Магнус и Карл, с охотниками и свитой. Барон, воистину, безрассуден, и гордыня его непомерна, но я каждый день молюсь Всевышнему за его грешную душу, и Бог не оставляет нас.»
– последняя запись в дневнике датировалась позавчерашним числом. Девушка нашла перо, чернильницу и аккуратно вывела следующую дату в левом верхнем углу чистого листа. Ей не сразу удавалось справиться со средневековыми письменными принадлежностями, поэтому страницу украсили несколько живописных клякс. Старательно копируя почерк духовника, Эля написала следующее:
«На вчерашнем пиру гордыня окончательно затмила разум барона. Его невежество и богохульные речи навлекли на замок новую беду! Этим утром по наши грешные души явились демоны из преисподней – серые рыцари из древних сказаний. Нам не победить – в замке слишком мало людей, и все мы измучены вчерашней битвой. Лишь укрывшись за крепкими стенами замка и вознося смиренные молитвы Господу нашему, мы сможем пережить этот день. Я пытался образумить барона, но он совсем обезумел и рвётся в бой. Он всех нас погубит!
Ты, добрый христианин, который читает сейчас эти записи, прошу, помолись за наши души, запомни и передай моё предостережение другим:
Кто победой похвалялся,
Серым рыцарям попался:
Схоронись и спесь уйми,
Или смерть в бою прими!»
Немного подумав, девушка в беспорядке разбросала записи по столу и положила последний лист поверх остальных, на самое видное место. Она понадеялась, что разницу в почерке, кляксы и танцующие вокруг них строчки спишут на охватившие духовника отчаянье и панику.
После этого Странница вернулась на поле брани в надежде, что портал объявится неподалеку, и ей не придётся коротать несколько дней в компании мертвецов. Ещё меньше ей хотелось встречаться с людьми из города: как обычно девушке начнут задавать неудобные вопросы, которые она вынуждена будет оставить без ответа, что только раззадорит местную инквизицию. То, что инквизиция здесь в почёте, сомневаться не приходилось.
Вдруг в крепостной стене Эвелина заметила маленькую Дверь, которой раньше здесь не было. Она являла собой полную противоположность недавнему грандиозному разрыву пространства и времени, который сопровождался смешением доисторического прошлого и настоящего. Эля накинула капюшон, по привычке спрятав лицо, и направилась к порталу. Как и всегда, без особых усилий она распахнула Дверь и переступила через порог, за которым её ждали иное время, пространство и совсем другая история.
Глава 7
Вселенные причудливым калейдоскопом сменяли друг друга, прошлое и будущее переплетались, порталы вели всё к новым мирам, порой настолько фантастичным и непостижимым, что разум отказывался в них поверить. Бесконечный путь Эвелины сквозь пространство и время словно вехи размечали записки от Луки – всегда долгожданные и заветные, какую бы муть не понаписал старик-затейник в очередной раз. И дело здесь было даже не в Фу и его оригинальной манере доставлять послания, но в самом факте пусть односторонней, а всё-таки связи со старшим Странником. Образ наставника изрядно померк в памяти девушки: за последние два года они встречались всего один раз. Вопреки его многословию и любви к игре на публику, инструкции в последних записках были предельно короткими и крайне скудными. Порой угадывать истинный смысл приходилось между строк, а иногда и вовсе разбираться на месте и решать проблемы по мере их поступления.