Эвелина молча ждала, от напряжения не смея пошевелиться и даже моргнуть. Ей впервые пришло в голову, что эта тварь, может, не только выполняет роль связного, и ещё неизвестно, насколько он на самом деле опасен. Фу мог прислать Лука или даже сам Хозяин, но зачем, если у него нет послания для Странницы? Если бы связной просто следил за ней, то никогда бы не попался на глаза – прятался он виртуозно. Чего же он хочет? Заставить её покинуть этот мир, или, может, наказать за самоволку? Пока Эвелина с содроганием перебирала в уме возможные варианты, не сулившие ей ничего хорошего, Фу неподвижно сидел у неё в ногах. Вдруг тварь кувыркнулась назад и плашмя свалилась на пол, так что у девушки от этого внезапного кульбита чуть сердце не выпрыгнуло из груди. Но тихий, удаляющийся шорох тонких когтистых лап возвестил о том, что Фу покинул казарму.
Странница не могла заснуть до самого подъема и с замирающим сердцем вслушивалась в тишину, не зная, каких ещё сюрпризов ждать этой ночью. Следующие несколько дней её не покидало чувство опасности, заставляя вздрагивать от каждого шороха. В глубине души Эвелина боялась, что связной приходил не просто так и приготовил на станции какую-нибудь пакость или ловушку. Но ничего не происходило, и, в конце концов, она убедила себя в том, что явление Фу было просто немым укором, напоминанием о долге перед Хозяином. А поскольку это напоминание не несло в себе угрозы, девушка решила проигнорировать его.
Тем временем с фронта поступали неутешительные вести – армия тирана возобновила наступление. Патрули больше не могли сдержать натиск врага, чья мощь всё возрастала: приток немёртвых солдат и технологий с завоёванных территорий, казалось, неиссякаем. Патрульная служба задействовала все ресурсы и работала на пределе возможностей, но теперь этого стало недостаточно, чтобы удержать линию фронта.
В высших эшелонах власти, втайне (чтобы не спровоцировать панику) разрабатывали план эвакуации жителей свободных провинций в соседнюю галактику. Это была даже не крайняя мера, а жест отчаяния – они не располагали ни флотом с достаточным техническим оснащением, ни разведданными о пригодных для жизни экзопланетах. Стратеги и аналитики не верили, что у Патрульной службы есть реальные шансы остановить Шео, поэтому предпочли рабству побег в никуда. Но и это не положило бы конец войне. В лучшем случае, если грандиозный план по переселению сработает, они значительно отодвинут линию фронта, но лишь на время: рано или поздно легионы тирана снова настигнут их, и людям придётся отступать. Рассчитывать на то, что коренные цивилизации помогут беженцам в войне против Шео, не приходилось: история освоения космоса не знала ни одного доказательства существования разумной жизни за пределами материнской галактики, хотя учёные неоднократно посылали к холодным, далёким звёздам сигналы и зонды, взывая к братьям по разуму.
Казалось, война проиграна, но первому отряду снова удалось совершить невозможное. В тот самый день, когда Эвелина свалилась словно снег на голову Патрульной службе, они похитили чертежи одного из четырёх форпостов противника, благодаря чему бойцам сопротивления удалось уничтожить его. По счастливому стечению обстоятельств мейнфреймы именно этой станции отвечали за централизованное хранение и обработку сырых данных по всему флоту Шео. Базы были утрачены, а вместе с ними и возможность координировать наступление и просчитывать тактику сопротивления. Так что машина смерти оказалась парализована ровно до тех пор, пока эти функции не будут распределены между оставшимися тремя форпостами.
Один из минусов управления армией безмозглых мертвецов заключался в том, что они не в состоянии ориентироваться по обстоятельствам, принимать решения и действовать хоть сколько-нибудь обдуманно. Прикажи двум батальонам двигаться наперерез, и они, встретившись, затопчут друг друга. На четырёх головных станциях находилась сотня живых советников Шео, которые обеспечивали исполнение воли тирана и согласованность действий флота. Какую отсрочку даст Патрульной службе уничтожение одной из них? Несколько месяцев или недель? Этого никто не мог знать наверняка. Машина порабощения заглохла, замерла на месте, пытаясь вправить выпавшие винтики, ощерилась орудиями в сторону линии фронта. В это время в штабе сопротивления разрабатывали новые рискованные планы по выведению из строя оставшихся форпостов Шео. Но едва ли противник снова допустит такую брешь в защите, а подготовка нового координационного центра займёт у него от силы пару месяцев – люди не надеялись на победу, они всего лишь пытались выиграть время, сами не зная для чего.