Безумец развернулся на сто восемьдесят градусов и пружинистой походкой направился вниз с возвышенности. Первый отряд вытянулся в колонну – Эвелина пристроилась между Линетт и Рэем – и последовал за ним в сопровождении конвоя, не опускавшего оружие. Телохранители тирана, похоже, воспринимали формальности не так легкомысленно, как их господин, и готовы были открыть огонь на поражение по любому, кто рискнёт их спровоцировать.
Небо затянуло серыми облаками, сквозь которые едва пробивались лучи искусственного светила, а под ногами зашуршала чахлая трава. На окраине плато в небольшой рощице лениво перешептывались деревья, чьи стволы изгибались под всеми мыслимыми и немыслимыми углами. Пологий спуск с возвышенности вёл в узкую долину, что прорезала плато безобразным шрамом и тянулась до самого горизонта. Справа и слева на глинистых красных склонах темнели провалы – входы в шахты, а впереди раскинулось небольшое поселение. Простенькие однотипные домишки; пара убогих клумб, по которым бегали дети и тощие собаки; женщины на главной и единственной улице занимались стиркой или пропалывали крошечные огороды под окнами своих жилищ; ни мужчин, ни стариков видно не было.
– Двадцать пять лет ваше правительство представляло меня как злобного, жестокого монстра, поработившего галактику. Но это всё, конечно, не правда, – Шео уверено шагал вперёд по широкой грунтовой дороге. Он приветливо махал жителям рукой, те в ответ улыбались и здоровались с солдатами. Но в глазах людей Эля видела лишь ужас и боль, и не мудрено: наверху, по всему периметру долины, то тут, то там мелькали силуэты надзирателей с автоматами в руках. – Разумеется, иногда мне приходилось действовать довольно жестко, но то были вынужденные меры. Вы просто не оставили мне выбора! Чем больше власть, тем больше ответственность, и не всегда подданным можно объяснить свои мотивы, – неожиданно напыщенно взгрустнул тиран, всем своим видом являя искреннюю, бескорыстную заботу о судьбах мира.
Доу хмыкнул и красноречиво сплюнул на землю, выражая всеобщее мнение по поводу монолога безумца. В ответ на этот выпад Шео лишь снисходительно улыбнулся и покачал головой, словно они – всего лишь малые дети в поре отрицания и противоречия со всеми действиями и словами взрослых. Но его господин был терпеливым учителем.
– Что такое свобода, которой вы все так кичитесь? Войны, преступность, бюрократия, нищета, преследование инакомыслящих, разгул пороков. И со всем этим Содружество носилось как дурак с писаной торбой. Я же дал людям истинный мир, свободный от всего этого зла, порождённого вашей цивилизацией. Вы только посмотрите! Они живут, трудятся, причём добровольно. Все получают то, что им необходимо, денежная система упразднена, преступности нет, войн тоже нет. А что я прошу взамен? Самую малость, да что там, пустяк – ваших умерших! – тиран развёл руками и состроил скорбную мину, словно глупые людишки в своём скудоумии никак не желали понять, что тела их усопших близких и друзей – сущая мелочь по сравнению со всеми благами, которыми верноподданных обеспечивала власть диктатора.
Вдруг наверху, слева, началась суматоха: из шахты выбежал мужчина в рабочем комбинезоне и начал быстро карабкаться по склону – за ним по пятам гнались два охранника. Они кричали что-то вслед беглецу, но он и не подумал остановиться. Тогда на краю обрыва появился третий надсмотрщик – он прицелился и выстрелил. Тело мужчины в комбинезоне кубарем покатилось вниз, на середине склона его настигли преследователи и, подхватив за руки и за ноги, поспешно затащили в ближайшую шахту. Жители долины продолжили заниматься своими делами, как будто ничего не произошло, а Шео без остановки разглагольствовал о том, что он несёт в мир подлинную свободу, порядок и прочие блага.
Безумец увлёкся болтовнёй и не заметил, как Фостер бросил вопросительный взгляд на Кобба, а тот в ответ едва заметно покачал головой – связь с Центром потеряна. Последнее, что он успел передать – это координаты объекта, где они приземлились, но подкреплению сначала придётся прорвать блокаду, пересечь треть галактики по вражеской территории, нашпигованной боевыми кораблями… Чтобы в итоге столкнуться со станцией, боевой мощи которой хватит на уничтожение целой планетарной системы. Немыслимо. Безнадёжно. Теперь первый отряд может рассчитывать только на себя.