Командующий повстанцами набрал в грудь воздуха, намереваясь высказаться в ответ, но презид его опередил:
– Ты вырос сын. Повзрослел, – несмотря на мягкий тон, стальные глаза отца обжигали колючим холодом. – Даже старшим грубить научился. Плохо я тебя, видимо, воспитывал.
ОмАдан молча стоял, гордо расправив плечи. Давно прошло то время, когда отец являлся для него непререкаемым авторитетом, и он из кожи вон лез чтобы заслужить его благосклонный кивок. Прав был презид, сын повзрослел и теперь он сам для себя решал что хорошо, а что плохо.
– Зачем ты пришёл? – старику ОмАрану первому надоела эта игра «в гляделки».
– Император убит. В столице сенат и Страждущие захватили власть. Мне нужно спрятать наследника в безопасном месте, где его не смогут достать, – генерал Первого легиона говорил прямо и строго по делу.
– И ты решил, что мы тебе в этом поможем?! – скрестив на груди руки, полуутвердительно заявил ОмФоргот.
– Это ваш долг, – ОмАдан понимал, что ходит по краю пропасти. Но он хорошо знал отца и генерала. Эти зорги уважали смелость и напористость. А главное слово «честь» для них не было пустым звуком.
– Наглости тебе не занимать, – усмехнулся ОмАран. В безразличном взгляде старика проскользнул слабый отблеск гордости за сына, которому уже самому было пора иметь взрослых детей. – Мы готовы предоставить мальчику защиту. В обмен на признание независимости провинции.
Вот уж ни разу не удивил. ОмАдан ждал именно этих требований.
– Наследник ещё слишком мал для принятия подобных решений, а я не регент, чтобы от его имени давать хоть какие-то обещания. Данный вопрос считаю закрытым.
Повисла неловкая пауза. Первым не выдержал горячий, даже несмотря на солидный возраст, генерал сепаратистов:
– В таком случае вам здесь не рады. Убирайтесь.
– Так мы и хотели сделать, пока вы нас не остановили.
ОмАран первым понял, куда ведёт разговор его сын.
– Ты хочешь сказать…
Договорить отцу ОмАдан не позволил. Генерал не собирался вступать в словесный диспут с более искушённым в таких делах президом. Тут только натиск и вера в свою правоту.
– Именно так. Силой остановив колонну, вы подняли руку на сына Императора. Фактически взяли его в заложники. Вы, которые давали клятву верности Императорскому дому. Одно дело воевать с легионерами требуя для себя независимости и совсем другое нарушить слово. Вы клятвопреступники. С такими зоргами я ни о чём договариваться не собираюсь. Хотите убивать?! Убивайте. Вам с этим жить дальше. Но мы не сдадимся, и жизнь малолетнего наследника будет на вашей совести, а его кровь на ваших руках.
ОмФоргот в гневе сжал кулаки готовый высказать наглому имперцу всё, что он думает. Более спокойный и рассудительный презид был его полной противоположностью.
– Всё сказал? – в голосе отца ОмАдану почудилась насмешка. – А теперь слушай меня. В ораторском искусстве ты конечно не силён, но считай, что убедил. Мы дадим вам приют и гарантируем безопасность. Однако воевать на вашей стороне не будем.
Складывалось такое впечатление, что всё было решено заранее, и пылкая речь начальника охраны оказалась лишь бесполезным сотрясанием воздуха. Плевать. Главное это результат.
– Спасибо, – искренне поблагодарил командующий первым легионом. На большее он даже не надеялся.
***
Ответ командования поступил в точно оговоренное время и был предельно прост. Переговоры начнутся только после того, как пришельцы в знак своих искренних мирных намерений выпустят всех гражданских за пределы оккупированной территории. Клим добросовестно передал требования зоргам, именно так они себя называли, и получил ответ, что к вечеру они откроют проход. Но с тем условием, что пленные ополченцы останутся в лагере, как гарант ненападения землян, а при эвакуации будет присутствовать группа наблюдателей со стороны пришельцев. Чужакам очень не хотелось, чтобы в открытые двери прошли войска российской армии.
На том и сошлись.
В задачу полиции и МЧС входила подготовка к эвакуации. Необходимо было организовано собрать людей и убедиться, что информация дошла до каждого жителя. Для этого полковник Кудряшов выделил несколько машин, которые беспрерывно курсировали по городу и через громкоговоритель оповещали людей.
Одинцов в свою очередь усилил блокпосты и сформировал дополнительную, к уже имеющейся, группу быстрого реагирования. Пока перемирие официально не закреплено, а он в ответе за жизни людей, нужно быть готовым к любым неприятным сюрпризам со стороны противника.