***
Олег ушёл, как и обещал. Отговаривать его никто не стал. Все понимали причину такого решения, возможно с ним были даже где-то согласны, но не более. Один в поле не воин и чтобы отразить атаки врага нужно держаться вместе. Потому полковник Кудряшов и объявил, пока добровольную, мобилизацию мужчин в возрасте от двадцати пяти до сорока пяти лет.
Добровольцев оказалось до смешного мало. Всего семь человек. Люди ещё не прочувствовали всю серьёзность ситуации, не видели реальной угрозы. Единственным источником информации о захватчиках были лишь маловразумительные слова полицейских, которые по большому счёту и сами ещё толком ничего не понимали.
Кудряшов был уверен, что это всё временно. Совсем скоро жители на себе почувствуют все ужасы войны и защитники найдутся. Плохо, что с наличными силами город к тому времени можно не удержать. И как изменить ситуацию начальник полиции не знал.
– С кем воевать собираетесь, Андрей Викторович? Вместе с добровольцами и вашим поредевшим отрядом нас всего шестьдесят восемь человек. Этого даже на полноценные блокпосты не хватит, – Кудряшов нервно мял в руке сигарету. Это была не претензия, не ядовитый сарказм, как-никак они были в одной лодке и в равном положении, просто полковник не видел выхода из сложившейся ситуации и это его ужасно злило. Выводило из душевного равновесия то, что от него здорового, полноценного мужчины почти ничего не зависело. Не в его силах было защитить город.
Одинцов это прекрасно понимал и даже решил не обращать внимания на выпад начальника полиции в адрес ушедшего охотника, за которого он, Одинцов, в своё время ручался, причислив к своему отряду.
– Как у нас с оружием? – вместо перепалки спросил подполковник. – Будет чем вооружить людей?
– Каких людей? Если вы надеетесь, что придёт кто-то ещё, то зря. Пока гром не грянет никто не перекреститься. А когда враг подойдёт к нашим постам будет уже поздно. С нашими силами на позициях мы не продержимся и часа. Захватчики войдут в город, и начнётся бойня.
Это Одинцов знал не хуже Кудряшова. Людям нужна была мощная мотивация. Не пропаганда, не увещевания, а именно факты которые жители должны увидеть своими глазами.
– Мы отправим разведку. Нам жизненно необходимо знать точную численность противника, его вооружение и место расположения базы.
Полковнику показалось, что он ослышался.
– О какой разведке вы говорите? Кто в неё пойдёт, патрульные или инспекторы дорожной службы? Чуть не забыл, у нас ещё девушка пресс-секретарь есть, давайте её отправим, толку от неё всё равно не много.
Одинцов смерил полицейского холодным взглядом.
– Геннадий Васильевич, вы офицер. Прекратите истерику.
Кудряшов смял в руке сигарету, швырнул её перед собой, рассыпав крошки табака по полированной столешнице, хотел было что-то в сердцах ответить…, и пристыженно понурился.
– Извините Андрей Викторович. Это от бессилия что-то сделать нервы сдают.
– Понимаю. Сам был не раз в такой ситуации, – сотрудник Службы Внешней Разведки достал из своей пачки две сигареты. Одну протянул полковнику, вторую прикурил сам. – Есть у меня опытный человек для таких целей. Только ему помощники нужны. Парочку своих выделишь? Тех, что посмышлёней.
– Такие самому нужны.- Не в обиду проворчал Геннадий Васильевич, – но для общего дела не жалко. Ты главное их живыми верни и по возможности здоровыми.
– Вот этого обещать не буду, – сурово, но честно ответил Одинцов. Какие тут могут быть обещания, если он и сам не уверен доживёт ли до утра. Вполне вероятно, что именно в эти минуты враг готовиться к штурму города. – Одно могу сказать твёрдо, мы все погибнем героями.
Правда иногда звучит чертовски пафосно. И от этого ещё более тошно.
– Кто разведчик? Я его знаю?
– Климов. Лесник с базы заповедника. В своё время он был одним из лучших в своём деле. Дослужился до майора и вышел в отставку, – о причине отставки Андрей Викторович деликатно умолчал. – Сколько до ближайшей деревни?
Слегка удивлённый вопросом полковник подошёл к висевшей на стене карте района.
– Березовка. Двенадцать километров.
– Большая?
– Если память не изменяет, чуть больше сотни жителей, – Кудряшов пока не понимал, куда клонит его новый начальник. Неужели разведчик думает, что основные силы противника сосредоточенны именно в этой деревне?
– Геннадий Васильевич, а видеокамерой где разжиться можно? – ещё больше сбил с толку полицейского Одинцов.
– Найдём, – пообещал полковник. – Что задумали Андрей Викторович?