Возможно, это были хорелии. Теперь это мало его волновало.
Главное сейчас — найти Смита и аэроджет, если это было ещё возможно. Он ещё раз огляделся, чтобы поточнее определить свое местонахождение, и попытался связаться с пилотом. Но портативная радиостанция, как выяснилось, вышла из строя.
По его расчетам, он не должен был сильно уклониться в сторону от места посадки корабля. Командир решительно устремился вдоль берега, то и дело спотыкаясь, еле волоча ноги, но стараясь не терять ни секунды.
Так продолжалось минут пятнадцать, пока он, уже в полном изнеможении, не увидел наконец массивный силуэт аэроджета, выступавший из — за груды коричневых скал. Перкинс буквально дотащился до них. У него не хватило даже сил, чтобы издать стон, позвать на помощь Смита или Круппа, хотя он уже ясно их различал. Те, стоя за скалами, о чем — то яростно спорили. Тут же высился аэроджет.
— Мы не можем улететь, не убедившись в гибели Перкинса, — расслышал он фразу Смита.
— Но я же тебе говорю, что собственными глазами видел, как он пошел ко дну. Ты что, не веришь мне?
Наступила пауза. Перкинс напряг слух. Крупп продолжал:
— Мы и так потеряли слишком много времени. Давай поскорее возвращаться на базу.
— Нет, я буду ждать до наступления темноты.
Перкинс видел, как Крупп молниеносно выхватил оружие и направил его сдвоенный ствол на Смита.
— Не забывай, что теперь я здесь старший. Я получил приказ, и я его выполню. Так что живо залезай в корабль.
Раздался взволнованный, полный негодования голос Смита:
— Значит, так… Ты бросил его подыхать!
— А ну марш на борт, говорю тебе!
— Так ты, видимо, боишься… как бы он вдруг не спасся, верно? Не беспокойся, мы решим этот вопрос с команданом Рупертом, это я тебе гарантирую.
Перкинс уже приготовился выйти из — за скал, но неожиданно сухо треснула очередь, поразившая Смита прямо в лицо, единственную не защищенную часть его тела. Легионер не успел даже вскрикнуть. Его голова разлетелась на куски, как переспевший плод, и обезглавленное туловище разом осело на землю.
Перкинс выстрелил, когда Крупп уже рванулся к кораблю. Но первый залп не дал результата, натолкнувшись на непробиваемую оболочку скафандра. Изумленный механик повернулся и застыл, увидев перед собой Перкинса. Это и было его роковой ошибкой.
— Негодяй!.. Подлец!.. — воскликнул Перкинс.
Термический луч угодил точно в середину лба. Крупп повалился наземь. Ручейки брызнувшей крови смешались с кровью его жертвы.
Глава 16
Командан Руперт тяжело опустился в кресло. Какое — то время его мысли витали где — то далеко — далеко, но затем он резким щелчком включил интерфон.
— Пусть войдет Перкинс.
Через несколько секунд Майкла Перкинса ввели в кабинет, и он сел напротив Руперта. Тот, не утруждая себя лишними словами, перешел сразу к делу.
— Мы ознакомились с вашим отчетом, и мне поручено выразить вам наше восхищение той преданностью делу, которую вы проявили во время этой совершенно необычной экспедиции.
Он поднялся и в душевном порыве протянул Перкинсу руку. Тот с жаром пожал её, а Руперт продолжил уже более непринужденным тоном:
— Ваше поведение, Перкинс, по праву можно назвать героическим. Благодаря добытой вами информации мы в состоянии теперь организовать подобающим образом освоение поверхности Земли. Естественно, этот процесс будет долгим, даже очень, поскольку нам придется с боем отвоевывать буквально каждую пядь у этих чудовищных созданий, инфицировавших планету. Но мы не впадаем в отчаяние. Вы поступили правильно, доставив сюда семена хорелий. Их высеяли и успешно разводят сейчас в наших гидропонных лабораториях, а биологи работают над особым гербицидом, способным уничтожать их полностью.
— Каким образом вы рассчитываете приступить к этой сложнейшей операции?
— В настоящее время начался серийный выпуск аэроджетов, с борта которых будут проводиться массовые распыления этого препарата. Если понадобится, мы готовы все выжечь на Земле — от полюсов до экватора. Трудностей с этим не возникает, ибо мы располагаем нужным оборудованием. Продолжается усиленная подготовка киборгов, и вскоре мы будем иметь в своем распоряжении целую великолепно вышколенную армию, которая сумеет надежно подготовить пришествие будущей расы землян.
Руперт излучал уверенность, его энтузиазм бил через край, и он отнюдь не стремился как — то его сдерживать. Подойдя к Перкинсу, он положил ему руку на плечо, внезапно преисполнившись серьезности.
После некоторого колебания он наконец решился и выпалил одним духом:
— Доктор Перкинс, надеюсь, вы не откажетесь принять командование сектором Рок — Сити. Именно там решено заложить нашу основную базу. Могу ли я рассчитывать на вашу помощь?
Перкинс не только знал, что не сможет отказаться, но и что — то в нем самом подталкивало его согласиться на это предложение.
Он подписал свой новый контракт, почти не отдавая себе отчета в своих действиях.
Руперт сказал правду. Целая армия киборгов готовилась к ответственной миссии — идти отвоевывать для землян их древнюю родину — поверхность планеты.
В последующие годы к выполнению этой задачи готовились все подземные секции. Громадные заводы в ускоренном ритме выпускали продукцию, нужную для успешного исхода затевавшейся гигантской битвы.
Во всех слоях общества царило лихорадочное возбуждение. Издавались новые законы, разрабатывались проекты деятельности на будущее, готовились к совершенно новой социальной организации человечества.
Изо дня в день, с часу на час надежда на успех укреплялась в сердце каждого. Ожидали только сигнала, великого по своей значимости указания начать всеобщее наступление. И тогда массы людей ринутся на поверхность, к Свету и Жизни.
И этот день «Икс» настал.
Жерла шахт раскрылись, выбросив из — под земли неимоверное количество киборгов в полном боевом снаряжении. За ними тут же последовали другие, так что небо усеялось ими, как в летнюю ночь звездами.
Быстро создавались оперативные базы, системы связи с теми, кто ещё оставался в недрах Земли, чтобы тщательно координировать все фазы наступательных действий.
Перкинс вновь оказался в Рок — Сити, мертвом городе. Сейчас это была груда развалин, засыпанная пеплом. Они установили командный пункт на берегу озера, где сосредоточили запасы бесценного сырья — гербицидов, главного средства борьбы с хорелиями.
Пожар уничтожил город полностью, и ни одна хорелия не ускользнула от этого катаклизма. Но в целях предосторожности Перкинс все же распорядился, чтобы коммандос прочесали город, дабы исключить любую возможность нежелательного контакта.
От прежнего концерт — холла не сохранилось ничего, кроме почерневших от копоти стен.
Перкинс, казалось, вновь услышал звуки «Венгерской рапсодии», легко порхавшей средь руин. Теперь она умерла вторично, на сей раз в его мыслях, но с прежним трепетанием, прерываемом взволнованными паузами, как и в тот памятный день.
На него нахлынули воспоминания, неожиданно породив абсолютно непонятное стремление разыскать виллу старины Ковача.
Ему захотелось ещё раз, вероятно в последний, увидеть это место или по меньшей мере то, что осталось от дома. Это желание оказалось сильнее его, это было как какой — то дальний призыв, которому он не мог противиться.
И он отправился туда.
«За пределами жизни, за границей смерти, Майкл, чем бы ты ни занимался, ничто не помешает нашему воссоединению…»
Фраза всплыла в его памяти, затем он понял, что это звучит в его мозгу с невиданной силой тот же самый, что и раньше, голос. Он шел, будто безвольный автомат. Его душа разрывалась между тревогой и дивным наслаждением, охватившим все его существо.
Вилла Ковача уцелела полностью и сохранила тот вид, который имела в момент их бегства. Он почему — то даже не задумался, каким же чудом она могла уцелеть в океане бушевавшего в тот день огня. Пламя пощадило и ряд соседних домов.