Слабость охватила Хирста, и он прислонился лбом к холодной каменной стене.
— Извини, — сказал Шеринг. — Но мы ищем и то, что ищешь ты, и большее. Гораздо большее, чем ты можешь себе представить. Ты должен доверять нам.
— Вы? Та женщина?
В очередной раз в разуме Шеринга Хирст увидел женщину на фоне звёзд. Неподалеку мрачно возвышался корабль. Он видел женщину гораздо яснее, и она была, как огонь, горящий гневно. Она была прекрасна и внушала страх.
— Она и другие, — пояснил Шеринг. — Послушай, нам скоро идти. Нас подберут тайно. Доверишься ли ты нам, или предпочитаешь доверяться тем, кто за тобой охотится?
Хирст молчал.
— Так что? — повторил Шеринг.
— Я пойду с тобой, — сказал Хирст.
Они вышли в холодную тьму, и Хирст услышал, как Шеринг сказал в его сознании:
— Я бы не пытался бежать.
Нет, сейчас в его голове были не слова Шеринга, это был кто-то третий.
— Я бы не пытался бежать.
Отчаянно испуганный Хирст раздвинул своё ментальное зрение и увидел людей, которые окружили их в темноте, четырёх человек, трое из них держали в руках смертоносное маленькое оружие, называемое пчелиными пушками. Четвёртый человек подошёл ближе, темноволосый стройный мужчина с улыбающимся лисьим лицом, высокоскулым и узкоглазым. До Хирста дошло, что трое с оружием были обычными людьми, а именно четвёртый человек и обращался к нему ментально.
Теперь он заговорил вслух.
— Поверь, я хочу, чтобы ты оставался жив, но есть бесконечные градации между живым и мёртвым. Мои люди очень аккуратны.
Лицо Шеринга вдруг вытянулось и теперь выглядело изнурённым.
— Не пытайся ничего сделать, — устало предупредил он Хирста. — Он это хочет сказать.
Темноволосый покачал головой, обращаясь к Шерингу.
— Это было нехорошо с вашей стороны. Вы знали, что у нас особый интерес к господину Хирсту.
Он повернулся к Хирсту и улыбнулся, показывая мелкие, очень аккуратные и белые зубы.
— Вы понимали, что Шеринг держал щит над вашим разумом, так же как и над своим? Но это слишком сложная для него задача. Вы на миг приоткрыли его разум, и этого хватило, чтобы привести нас сюда.
Он продолжал:
— Господин Хирст, моё имя Вернон. Мы бы хотели, чтобы вы пошли с нами.
Вернон кивнул троим аккуратным людям, и вся маленькая группа двинулась в направлении космодрома. Шеринг теперь, казалось, почти спал на ходу. Казалось, что он истратил всю энергию, потерпел неудачу, и теперь дремал, как пустой колодец, ожидающий нового заполнения.
— Куда мы направляемся? — поинтересовался Хирст.
— Повидать джентльмена, о котором вы никогда не слышали, в месте, где вы никогда не были, — ответил Вернон и добавил с оттенком дружелюбия: — Не волнуйтесь, господин Хирст, мы ничего против вас не имеем. Вы новичок в этом аховом состоянии жизни. Вас не должны просить принимать решения или заключать соглашения, пока вы не узнаете обе стороны дела. Мистер Шеринг воспользовался несправедливым преимуществом.
Вспоминая таинственную суровую цель, которую Шеринг позволил увидеть в своём разуме, Хирст не мог с лёгкостью это оспорить. Но он выпустил исследующий зонд в направлении разума Вернона.
Тот был плотно закрыт.
Они шагали прямо к воротам космодрома.
Глава 3
Весь космос лежал перед ним, увешанный разноцветными лампами звёзд, чрезвычайно яркими в чёрной пустоте. Однако это сказочное великолепие слишком походило на то, что пятьдесят лет оставалось перед его холодными глазами. Хирст посмотрел вниз — вниз относительно того, где он стоял в выступающем пузыре окна, — и увидел, как под ним роились плывущие светлячки Пояса астероидов.
Он внутренне вздрогнул от леденящего головокружения и отвернулся.
Вернон говорил вслух. Он проговорил уже какое-то время. Он растянулся в мягком глубоком кресле, курил, делая вид, что пьёт из высокого стакана.
— Как вы понимаете, господин Хирст, мы во многом можем помочь вам. Не так просто для лазаря — для одного из нас — получить работу. Я знаю. У людей есть право, предубеждение. Поэтому господин Беллавер…
— Где Шеринг? — спросил Хирст.
Он прошёлся по комнате, залитой мягким светом ламп, выстеленной мягкими коврами и встал в середине. Его встревоженный и суетливый разум тянулся в разные стороны, но его, казалось, окружала зона тумана, который запутывал, сбивал с толку и возвращал обратно. Он не мог отыскать Шеринга.
— Мы здесь уже несколько часов, — настаивал он. — Где он?