Аплодисменты. "Нет!"
"Я спрашиваю, неужели мы, блядь, позволим им это?"
Громкие аплодисменты. "Нет, сэр!"
"Тогда возвращайтесь на свои посты. Заводите двигатели и начинайте войну. Пусть наш враг смотрит на свои отражения в лужах собственной крови. Пусть они..."
Земля задрожала под ними. Воздух взметнулся вверх.
Взрыв, мощный и громкий.
Блеск исчез, а паника нахлынула вновь. Собравшиеся офицеры спотыкались. Никто из них не понимал, что происходит. Никто не взял на себя ответственность. Даже Кирш выглядел растерянным.
Началась стрельба.
"На боевые посты", - прокричал Кирш. Несмотря на то, что ни у кого не было назначенных постов, это было достаточно эффективно, чтобы заставить всех двигаться.
Джонсон двинулся, но Эрнандес не мог сдвинуться с места. Звуки продолжающейся стрельбы снаружи наполняли его вены "сиропом" и тяготили его. Он никогда раньше не участвовал в перестрелках. Он не был морским пехотинцем.
"Шевелись, Эрнандес!" Джонсон толкнул его так сильно, что стало больно. Боль заставила его действовать, и он снова начал двигаться. Вдвоем они рванули вперед. Снаружи промчалась пара джипов, рассекая растерянную толпу. Морские пехотинцы заняли места у пулеметов, установленных сзади.
Среди стрельбы раздались крики.
В задней части базы, в стороне от причалов и в направлении главных дорог, клубился дым и мелькали дула. Пехотинцы сгруппировались, подняли винтовки.
Они быстро падали.
"Что, черт возьми, происходит?" - сказал Джонсон.
Эрнандес споткнулся, когда кто-то столкнулся с его спиной. Но это была его единственная реакция, поскольку его взгляд был прикован к все уменьшающейся шеренге морпехов. Один за другим они падали, их головы скрывались из виду за толпой. Сама толпа зашумела, когда сотни военнослужащих ВМС побежали в сторону пирсов - подальше от дороги. Эрнандес и Джонсон попали в давку.
"Нам нужно выбираться отсюда, сэр".
К счастью, Джонсон не стал спорить. "Возвращаемся на "Августу".
Они повернулись и попытались бежать, но путь вперед был слишком плотно завален телами. Они были вынуждены толкаться и пробивать себе путь локтями, дюйм за дюймом. Эрнандес чувствовал невидимую угрозу у себя за спиной, как приближающийся лесной пожар. Он даже мог представить, как горит его плоть, отслаиваясь от спины кровавыми полосами.
Был ли здесь враг?
Неужели они попали в засаду? Или так было везде?
Им нужно было вернуться в Августу. Это был их дом, и они могли его защитить. Здесь, на базе, у них не было даже оружия, чтобы защитить себя.
Крики боли множились и усиливались, распространяясь по дуге вокруг центра базы, как будто толпа складывалась сама собой. Звуки выстрелов тоже усилились, но не со стороны морпехов. Он доносился с причалов. Экипажи выстроились вдоль поручней различных кораблей и вели огонь с борта. Эрнандес инстинктивно пригнулся, опасаясь, что шальная пуля рассечет ему череп. В подтверждение своих опасений он увидел, как молодой лейтенант упал на землю, а из его шеи хлынула струя крови.
"Где, черт возьми, враг?" крикнул Джонсон. "Я ничего не вижу".
Эрнандес тоже ничего не видел, поэтому не стал тратить время на ответ. Ответ напрашивался сам собой.
В толпе появилось существо, обгоревшая шелуха человека. Оно посмотрело прямо на Эрнандеса, но затем метнулось влево, схватив испачканного маслом механика за горло и вырвав ему трахею. Мертвый рабочий упал на землю, как рулон старого ковра.
Затем существо бросилось прямо на Эрнандеса.
Время замедлилось. Эрнандес почувствовал, что его ноги снова затекли, и мог только размахивать руками и открывать рот, чтобы кричать. Джонсон был позади него, не замечая адского чудовища, мчавшегося к ним. Тварь была так сильно обожжена, что при каждом шаге оставляла на бетоне полосы плоти. С каждой секундой оно сокращало расстояние между собой и Эрнандесом, а его сломанные зубы голодно скрежетали. Его шишковатые кулаки хватали воздух.
Молодая женщина попятилась к Эрнандесу, и когда она увидела, что к ней приближается обгоревшее существо, она закричала. Этот шум привел Эрнандеса в чувство и заставил его отреагировать. Он схватил молодую женщину за плечо и сильно толкнул ее на приближающееся чудовище. Оно сильно столкнулось с ней, и они оба упали, причем обгоревшее существо оказалось сверху. Оно вырывало клочки из женщины, пока она кричала и боролась.