– Достойные! Примите милость нашего Господина! – раздался тихий шелест Феста.
Больше голос ничего не сказал. Фест вообще был довольно немногословен. Каег догадывался, что тот расположен где-то очень далеко. Во Втором Радиусе, Дальних Рубежах или еще дальше. Но точно не рядом. Поэтому его команды были такими короткими.
Никаких тебе длинных речей, даже в самые ответственные моменты…
Фест был еще одной загадкой Фермы. Кто он такой и какие у него цели, не знал никто. Однако он имел полную власть над Фермой, а главное – контролировал Призыв. Все это делало Феста главным, и даже Хемет беспрекословно подчинялся бестелесному голосу.
Поэтому Каег не бросал попыток разобраться с этой загадкой. Ведь любому идиоту было ясно, что никто не может говорить от имени Бесформенного. Это был даже не вопрос личной силы, удачи, таланта или возможностей, а простая логика. Да, пусть источники не нашли, но они точно не имели своих глашатаев или посольств на территории Радиусов. Силы просто давали адептам энергию. Молча и никогда ничего не объясняли и не просили взамен.
Разве что некоторые счастливчики получали откровения.
Разговоры же от их имени нарушали порядок Мироздания, в котором разумный был пылинкой на песчинке и просто пытался выжить. Бесформенный, как и другие Силы, являлся обезличенной стихией, что бы ни твердили о нем некоторые фантазеры. И говорить от его имени – это все равно, что говорить от имени ветра или моря.
В общем, это все было понятно. Вот только огромный монстр по имени Ферма подчинялся Фесту. Парадокс, который Каег не мог объяснить…
В сферу для трансформации набились все адепты, обитающие на Ферме.
– Похоже, сейчас начнется, – с тоской произнесла Долла.
И действительно, пространство заполнила мощная вибрация. Каег тут же застонал и перестал обращать внимание на все остальное – вибрация выворачивала внутренности и заставляла тело меняться. Главное сейчас – не потерять сознание, иначе станешь полумонстром…
Целью «процедуры» были не мучения или изменение плоти, а «переформатирование» существующих врат. Не тех, что Достойные получили от Бесформенного, а тех, что когда-то дала им Сила. Фест утверждал, что их тоже можно соединить с Бесформенным.
Собственно, подобная трансформация иногда проводилась в школах и не только у них. Даже в кластерах умели менять привязку к источнику. Но лишь в рамках одной Концепции. В смысле, огневик мог поменять источник, но все равно оставался огневиком. Опытные хирурги говорили, что меняется даже не источник, а только «угол», под которым адепт смотрит на Силу.
Исключение – счастливчики, коснувшиеся великой Концепции. Они сразу видели все пути конкретной Силы. Но все равно это был вопрос восприятия, а не смены Силы. Источник оставался прежним.
Однако сейчас старые врата Достойных соединялись с Бесформенным. К счастью, не все – Фест требовал, чтобы хотя бы одни врата сохранили связь с начальным источником. Мол, так можно было использовать старые матрицы и удержать разум. Последнее было особенно важным, поэтому адепты концентрировались изо всех сил на своих вратах.
Не подвергались мучению только Достойные, имеющие двое врат – одни родные и подарок от Бесформенного. Вместо «перепрограммирования» их заставляли повысить уровень. Хотя от этого их даже сильнее корежило, но Феста мало волновали такие вещи. Хемета тем более.
«Зачем нас заставляют трансформироваться? – сквозь боль размышлял Каег. – Почему недостаточно одних врат? Или с несколькими вратами мы станем более послушными? Для чего?»
Так или иначе, ему и Долле пока удалось сохранить все старые врата нетронутыми, тело – в исходной форме. Но это не могло продлиться долго…
В этот момент в центре сферы для трансформации началось шевеление. Там появились монстры, несущие адептов. Не Достойных, а самых обычных адептов, от чемпионов до мастеров Линзы восемнадцатого уровня. Как правило, все они были охотниками с Глирда.
Каег уже наблюдал эту операцию несколько раз. Трансформация пленников несколько отличалась от Возвышения. Им не подсаживали кусок плоти, а либо спаивали с монстром равного уровня, либо просто пытались трансформировать избытком энергии. По каким критериям принималось решение, Каег не знал, но и то и другое было крайне опасно. Многие умирали или теряли разум. Зато некоторые получали новые врата. Часто вместе с новой внешностью.
И когда адепт просыпался от комы, то ему рассказывали, что ему очень повезло и он стал новым Достойным. Мол, теперь можно не бояться даже титанов.