– Мы еще не знаем, есть ли там врата. Чтобы выяснить это наверняка, туда надо забраться, – заметила Мирам.
– Для начала подойдем вплотную, только медленно. Чтобы не коснуться кокона.
– Предупреждаю, что у нас на хвосте Хемет. Он, конечно, не смертельная угроза, как эта штука, но может вмешаться в самый неподходящий момент. Может, добьем его, чтобы не мучился? Все равно там половина бойцов уже на полпути к монстрам. Мы им только одолжение сделаем.
– Не сейчас. Он – наша страховка.
– В чем ее смысл? Мы же вот-вот Ферму начнем резать. Это вызовет такую реакцию, что никакой Хемет ее не остановит. Потому что Ферма гораздо важнее Достойных. Их в Радиусах еще полным-полно.
– Вот это мы и выясним, – спокойно заметил Алекс.
В отличие от Мирам, он не считал, что Ферма важнее Достойных. И логика тут была простой – монстров у Бесформенного много. Левиафаном больше, левиафаном меньше – никто и не заметит. Их хозяин вообще легко мог прождать и миллион лет ради своих целей. Достойные же были новым видом. И с этой точки зрения они превосходили любого монстра. Просто потому, что меняли правила игры между адептами и Бесформенным – с их помощью можно было сделать адептов союзником Бесформенного.
И тогда долгому противостоянию придет конец.
При этом сдать Достойных было бы не лучшим выходом, потому что жители Радиусов рано или поздно сообразят, какую опасность представляют сектанты, и начнут охотиться на них уже всерьез. Так что судьба Достойных была предрешена – либо они полностью перейдут на сторону своего господина и будут постепенно перетягивать к себе адептов, либо их вообще не останется. В любом случае возврата к прошлому не будет.
– … Если не Бесформенный, то Фест это должен понимать, – закончил свою мысль Алекс.
– Ты исходишь из того, что наши противники действуют в рамках известной тебе логики, – возразила Мирам. – А у них могут быть свои резоны. Кроме того, мы не видим всей картины.
– Но мы должны из чего-то исходить. Вот я и исхожу из того, что Достойные важнее Фермы.
– И ставишь на это наши жизни.
– Чем адепты занимаются тысячелетиями.
– Ну, допустим… Но если ты не хочешь драться с Хеметом, то что ты сделаешь с ним, когда его армия доберется сюда? По моей оценке, у него уже около трехсот тысяч бойцов. Вряд ли он будет слушать твои аргументы.
– Мы сделаем так, чтобы он до нас не добрался. Для этого достаточно забраться в барьер.
– Тогда можешь приступать, – хмыкнула Мирам. – Мы уже почти касаемся его. Как ты и просил…
Алекс и сам видел стену гудящей энергии на краю легиона. И пусть левиафана «приглушили», однако того, что осталось, с лихвой хватало, чтобы отпугнуть любого адепта, а тем более армию.
Однако он не собирался сейчас сражаться или продираться через кокон силой. План строился на том, что подобное может проникать через подобное. Собственно, именно так легион сюда и добрался.
«Нужно только хорошо настроиться», – подумал он, вглядываясь в препятствие.
Несмотря на откровения, недолгий опыт владения вратами и талант Многомерное восприятие, Бесформенность оставалась чужой Силой. Даже когда ее вырабатывали адепты легиона. Однако это не мешало использовать энергию Бесформенного по своему усмотрению – вибрационное поле легиона было для Алекса музыкальным инструментом, который мгновенно отзывался на любое воздействие. Достаточно направить управляющий импульс.
И он начал подстраивать его звучание на звучание кокона. А когда решил, что достаточно, просто приказал двигаться вперед…
Неизвестно, что тут сработало – резонанс Бесформенностей, разгон сознания, высокая чувствительность или, например, талант «Без границ», но Легион погрузился в непроходимый с виду барьер.
Должно быть, со стороны адепты напоминали караван путников, добровольно входящий в огромный ураган в центре пустыни. К счастью, резонанс не только взломал барьер, но и давал защиту от него. По крайней мере, пока…
Но Алекс не забывал, что стоит им расслабиться, и адептов разбросает. И скорее всего, никто, кроме него, не выживет. Потому что это только красный туман снаружи был для Достойных уютным прудом, в котором можно дышать благодаря новым вратам или их зародышам. Барьер же был прудом кипящим, а по его дну текла лава. В общем, выжить в такой среде адепты не могли, несмотря на трансформацию. К счастью, пока вся ярость смерча свободно проходила через вибрационное поле, не задевая бойцов…
Где-то за спиной забурлил красный туман – к энергетическому узлу прибыл преследователь. Но это уже ничего не значило – никакая армия не поможет Хемету продраться через препятствие. А даже если Хемет каким-то чудом справится, то драться внутри огромного барьера он не сможет. Тут любой дистанционный навык развалится, едва покинет защитное поле.