Действовать предлагалось двумя группами. Первая (основная) группа под управлением прапорщика Бревнюка (который к тому же осуществлял общее командование операцией на начальном этапе) состояла из трёх пластунов и взвода Арума.
Второй группой командовал сержант Шед, и в неё помимо рядового Тёхи входили коряги Драной Рожи. Тут стоит сказать, что ещё по прибытии в Замок Людоеда вся ОГДР (отдельная группа дальней разведки) была тщательно просмолена ефрейтором Одлом для лучшей скрытности в ночное время.
Прилетевший ворон доложил прапорщику:
— Всё в поррядке, командирр.
— Пластуны, пошли, — скомандовал Бревнюк.
Ефрейторы Олд и Большой Марк двинулись вперёд. Первый приготовил струну, прихваченную когда-то в пещере Гингемы для нужд диверсантов, а второй, сжимая заряженный арбалет, должен был его прикрывать. Две чёрные тени двигались в сторону пакгауза, где скучал часовой. Кадл, насобачившийся на маршруте ходить по лесу бесшумно, крался как кошка. Марк двинулся в сторону мастерских, отрезая тем самым путь часовому к бегству.
Солдат, облокотившись на копьё, смотрел в сторону реки, за которой расположился страшный лес, о котором ходило столько жутких слухов и легенд, и где обитали саблезубые людоеды и прочие кровожадные чудовища.
Струна разорвала горло часового мгновенно. Бедняга не успел даже пискнуть. Кадл Олд поднял руку, и сидевший на пакгаузе ворон трижды прокаркал. Это был сигнал для Бревнюка — первый взвод, включая самого прапорщика, бросился вперёд. Следом за дуболомами семенил рядовой Метла, который не задерживаясь у корабельного склада, сразу же направился в сторону достраиваемых кораблей.
Большой Марк, проводив взглядом уходящую в темноту вторую группу, аккуратно положил арбалет и приготовился поджигать корабельные мастерские.
Бревнюк достал свои знаменитые кусачки с серебряными лезвиями, обработанными Лунным Маслом, и спокойно перекусил ими замо́к. Дуболомы ломанулись вглубь пакгауза, а прапорщик двинулся вслед за Метлой. Ефрейтор Олд, приняв от одного из дуболомов бутыль с маслом, принялся поливать им стену склада.
Все подгруппы, на которые разбились группы, уже были готовы к дальнейшим действиям — ждали лишь дуболомов. Однако, ждать пришлось недолго — вскоре 1-й взвод, нагруженный вёслами, баграми, канатами и корми́лом, покинул пакгауз и направился к кораблям.
Два недостроенных корабля находились на стапелях, а ещё один был спущен на воду и пришвартован к пристани. Корпус этого корабля был почти полностью готов, оставалось только установить мачту и оснастить его парусным вооружением. Вот именно к нему и направлялся 1-й взвод ДА. И вскоре дуболомы, подгоняемые Бревнюком и Арумом, с грохотом посыпались на корабль. Пока прапорщик устанавливал корми́ло, деревянные солдаты, временно исполняющие обязанности деревянных матросов, вставляли вёсла в уключины и усаживались на банках.
— Всё готово, сэр! — браво отрапортовал Арум.
— Отходим, — распорядился Бревнюк.
Арум перерубил концы людоедовским тесаком, а солдаты левого борта оттолкнулись от причала баграми. Дуболомы ударили вёслами по воде. Ну как ударили… Как обычно… Кто в лес, кто по дрова…
— Таащи матросские солдаты, если вы не разгоните это трухлявое корыто, до устраивающей меня скорости, то клянусь сердцевиной, я отправлю вас в изумрудное путешествие, к любимому вами Страшиле, — прогрохотал Бревнюк.
— А ну навалились, древесина! Не заставляйте меня краснеть перед прапорщиком! — взревел Арум, после чего начал отбивать счёт.
Благодаря действиям сержанта, дуболомы смогли отладить более-менее единый ритм, и корабль гораздо увереннее заскользил по водной поверхности.
— Веселей, веселей, ребята! Нам надо победить это трухлявое течение! Иначе опять попадём к Чучелу в подстилки! — подбадривал дуболомов прапорщик, управляя рулевым веслом.