В общем, все филины и совы признали власть Гуамоко и вступили в НАУД.
Сова Фиона сообщила, что слышала трескотню сорок о некой вороне Кагги-Карр, для которой они собирали информацию и за глаза назвали её «зазнайка». Ещё две совы и один филин подтвердили, что тоже слышали нечто подобное. Исходя из этого, можно было сделать вывод, что большинство ворон, сорок, галок и всяких прочих грачей барабанят на ОАСМ, а эта самая Кагги-Карр занимала в их иерархии приблизительно такое же место, как Гуамоко в НАУД. Исходя из этого, операцию нужно было проводить скрытно не только от людских глаз, но и от птичьих. Спасало ситуацию то, что приближался сбор урожая, а это значит, что вся авиаразведка ОАСМ сейчас мародёрничает на полях. Так что действовать надо было максимально быстро, пока ситуация благоприятствовала.
По завершении конгресса Карин, Освальд и сова Мидея отправились за Большую Реку. Задача Карина и Мидеи состояла в том, что собирать обитавших там филинов и сов на подобное мероприятие. Освальд же должен был срочно возвращаться к Урфину и предупредить его об опасности со стороны сороко-вороньей братии. А все остальные должны были помочь довести деревянный отряд до реки и прикрыть его переправку на западный берег.
Гуамоко, Гитон и Чакнис тщательно прорабатывали план операции. Операции сложнейшей даже для умных людей, а уж для деревянных и подавно. Вся проблема была в том, как форсировать водную преграду. Конечно же, Большая река - это вам не Обь-Матушка, не Волга и не Енисей, однако вполне себе Ангара. То есть - река широкая, быстрая, и, в отличие от дочери Байкала, — кишащая крокодилами. Ну крокодайлы в данной ситуации нам совершенно монопенисуальны, а вот что касается всего остального, то проблемы были. И проблемы, можно сказать, непреодолимые. Как прикажете переправлять через широченную и быструю реку деревянный отряд, а? Нет, конечно же — говно не тонет, и в нашем случае даже обладает завидной мореходностью. Однако учить дуболомов и ушастых коряг плавать была та ещё перспективка… Тут и к бабке ходить не надо, чтобы понять, чем всё это закончится — деревянных ребят унесёт течением, и вся любовь... Строительство моста тоже было исключено. Оставался один-единственный выход — строить плоты, и тогда, возможно, что и удастся добраться до другого берега. Причём именно ВОЗМОЖНО что удастся, так как гарантий никто дать не мог. Хотя однажды дуболомам уже доводилось форсировать Большую, однако это было гораздо ниже по течению, где река сильно разливалась и течение было слабым. А вот полицейские вообще подобного опыта не имели, так как их тогда ещё не существовало.
Теоретически, нарубить деревьев для строительства плотов проблемой не было. Было проблемой — как это потом скреплять?
Единственным выходом было — уеб… гм. спиз… гм… ну вообще экспроприировать в ближайших населённых пунктах всевозможные верёвки, ремни, тряпки, кожи - ну в общем всё, чем можно связать брёвна.
На том и порешали: филины и совы проводили рекогносцировку, а с наступлением темноты наводимые ими полицейские тырили всё, что было можно. В это же самое время дуболомы осуществляли марш к реке, к которой они должны были подойти ниже Водопада Страха, дабы его грохот скрыл любые строительные работы и неизбежный шум, который обязательно возникнет во время переправы.
Ещё не забрезжил рассвет, как 4-й взвод был уже на месте и сразу же начал валить деревья.
С утра начали возвращаться полицейские, напоминающие ходячие тюки тряпья, верёвок и упряжи. К полудню три плота были готовы. Начинать переправу было решено с наступлением темноты, а пока — плавсредства были замаскированы ветками, а деревянные хлопцы сховались в кустах.
Всё-таки хорошо, что переправа осуществлялась ночью, и никакие «кожаные ублюдки» не могли наблюдать всё прелести этого феерического мероприятия. Ну вы конечно же догадались, что всё пошло совсем не так, как было задумано, правда? Ну так и положив руку на там, где сердце, мы имеем сказать — таки по другому и быть не могло.