Теперь нужно было срочно наладить поиск этого самого Водожора. Филины для этого дела не годились, ястребов тоже решили не трогать — надо же кому-то было долбить соглядатаев ОАСМ. В горы отправились коршуны и племя Арока. А над пустыней в поисках хоть единого зелёного пятнышка стали барражировать беркуты.
Сам Потрясатель Вселенной верхом на Топотуне в сопровождении рейнджеров и пластунов направился в горы. Дуболомы остались охранять пещеру, начальником гарнизона которой был назначен сержант Гитон.
Четыре дня разведчики рыскали по горам. Группы разделились, и с каждой из них было по паре воронов для связи. Урфин на Топотуне рыскал отдельно от всех, жадно впиваясь глазами в горный пейзаж. Однако ничего, хотя бы отдалённо напоминавшее Водожор обнаружено не было.
На пятый день прилетел ворон.
— Повелитель, докладывает Клюв-16: «Чёрный передаёт Древоделу — мы что-то нашли». Я покажу дорогу.
Глава 7 Батяня
Топотун мчался таким же бешеным аллюром, как тогда, когда они бежали, спасаясь от погони после разгрома в битве при Изумрудным Городе. Безумная скачка длилась полдня, и к вечеру они были на месте.
На скальной гряде сидел десяток воронов во главе с Ароком. В расщелине между камнями торчали три бурых высохших стебля, чьи листья давно оборвал ветер. Урфин внимательно рассматривал находку… Стебли были похожи, но точно утверждать было нельзя — уж больно они были высохшие и скрюченные, к тому же совершенно не сохранилось легкоузнаваемых продолговатых листьев, семена тоже отсутствовали… Оставалось только измельчить стебли, высушить и попробовать использовать. Других вариантов не было…
Несмотря на то, что он смертельно устал, Урфин решил возвращаться в пещеру. Все остальные должны были продолжать поиски.
Потрясатель Вселенной и Топотун ехали всю ночь и весь день. Когда до пещеры было уже рукой подать, их догнал рейнджер, который принёс ещё один подобный стебель, на котором красовался каким-то чудом сохранившийся сморщенный, но легко узнаваемый листок. Если бы Урфин мог, он бы наверное расплакался. Но он так чертовски устал, что как только добрался до кровати — сразу же вырубился.
Ему снились какие-то люди верхом на лошадях. Причём, люди явно военные. А также множество каких-то боевых колесниц. Странно… Верхом воевали только рыцари, а эти люди совсем не были похожи на благородных всадников, к тому же у них совершенно не было никаких доспехов, а в лучшем случае какие-то меховые шапки, наподобие его подшлемника. Люди куда-то скакали и махали саблями. Над ними развевались красные либо чёрные знамёна.
Затем было бескрайнее поле до самого горизонта, заполненное ровными рядами дуболомов. Внезапно, деревянных солдат охватило пламя, а за ним стали гоняться железные птицы, плюющиеся огнём.
Затем он сам оказался в боевой колеснице, которой управлял Эот Линг. А сам он стрелял из пушки, которая заряжалась какой-то железной змеёй
Потом появились какие-то другие всадники в огромных шляпах, которые носили люди далеко к югу от Магиланда. И этих людей клевала огромная двуглавая ворона. Потом словно из ниоткуда, верхом на каком-то лохматом быке прискакал сержант Гитон, почему-то покрытий татуировками якорей и русалок, и ударом сабли развалил страшную птицу на две части, после чего смачно выматерился и пропел:
Кто сорвать захочет
Знамя цвета ночи,
Тот рискует очень
Не сберечь башки!
Проснувшись, Урфин пожевал копчёную козлятину и отправился колдовать над Водожором. Глядя на высохшие стебли, он подумал, что если их покрошить в таком виде, то скорее всего порошка не получится, так как они слишком твердые. Поэтому он решил замочить их в воде, предварительно обругав себя за то, что не сделал этого с вечера.
Чтобы хоть как-то отвлечься от томительного ожидания, он занялся чтением боевых уставов. Странный сон натолкнул его на мысли о кавалерии…
Конечно же, времена рыцарей ушли в небытие. Хотя слухи о странствующих рыцарях периодически появлялись, но это, скорее всего, были отголоски старинных легенд. Воевать верхом никто не умел. Да что там воевать — само искусство верховой езды практически было утрачено. На лошадях пахали, их запрягали в телеги и всевозможные повозки, а вот чтобы верхом — это очень и очень редко… Конечно же, с одной стороны, если посадить своих людей на коней, то это значительно увеличивало мобильность войск, а с другой стороны — дуболомы, которые не знали усталости и не требовали фуража, были гораздо мобильнее. Нет, конечно же хорошая скаковая лошадь на короткой дистанции обогнала бы дуболома. Но это на короткой, а на длинной — у лошади шансов нет никаких. И кстати — вы ещё попробуйте найдите эту самую скаковую лошадь. Урфин опять обматерил себя за то, что снова страдал какой-то хренью, после чего начал штудировать боевое применение манипул, когорт, баталий и терций, а также тактику действий войсковой разведки. Внезапно, он в третий раз обматерил себя и заявил сам себе, что если он не перестанет тупить, то он себя уволит к едреной матери. После этого Урфин извлёк замоченные стебли, мелко их нашинковал своим чудо-ножом, а после этого высыпал нарезанные грани в ведро с водой. Теперь вроде бы появился шанс на то, что из этого что-то получится. До ночи он просидел за всевозможными военными книга, и так и уснул, читая пехотный устав Дина Гиора.