К всеобщей радости штаба Деревянной Армии, теперь операцией командовал Деревянноногий, который расположился где-то рядом, и теперь гонцы оборачивались очень быстро. По поводу наградного листка Деревянноногий отвечал, что доволен работой штаба и что также, как и Лан Пирот считает, что капралы Арум и Ельвед достойно повышения. И что рапорт о присвоении им знаний сержантов им уже составлен. Но вот чтобы отправить этот рапорт на подпись Его Величеству, ему нужно подкрепить его головами смилодонов.
Естественно Чарли Блек дураком не был. И он прекрасно понял, что это хитрожопые капралы пытаются воспользоваться служебным положением. Нет, он не был против. Скорее даже «за». Поэтому и решил мотивировать их на результат. Более того, он готов был даже произвести их в офицерское звание, если они будут показывать хорошие результаты. Тем более, что в предстоящей реформе ему очень нужны были офицеры. Да и идея с повторной трансформацией генерала, неизвестно чем закончится… Так что офицеры ему действительно были очень и очень нужны.
А капралы, тем временем, строили планы операций, гоняли туда-сюда подразделения, но пока без особого успеха. Естественно в такой ситуации у каждого из них было своё видение, каждый пытался навязать именно свой план действий. Началось соперничество.
— Господин капрал, пока Арум гоняет взвод Ёлвина, могли бы мы переговорить наедине? — заговорщицки произнёс Драная Рожа.
Ельвед утвердительно кивнул головой и они скрылись за ближайшими кустами.
— Капрал, у меня есть кое-какие мысли относительно организации засады. Но мне необходима ваша консультация, как специалиста. Как мне кажется, я нашёл для этого удобное место, но я не достаточно компетентен в этом.
— Меньше слов — больше дела, коллега! Идём!
Капрал Ельвед и Драная Рожа двинули по указанному последним маршруту. Они прошли порядка двух миль, после чего спустились в овраг, где им пришлось буквально продираться через бурелом.
Вот в этом самом буреломе Ельведа и встретили крепкие объятия Гитона и его бойцов, а также не менее крепкие верёвки. Ну а далее за буреломом, его ожидали другие хорошо знакомые ему лица: Потрясатель Вселенной, медведь Топотун и филин Гуамоко.
— Добро пожаловать домой, сынок, — Урфин зловеще ощерился.
Через два часа Драная Рожа и Ельвед возвращались обратно в штаб. Лицо капрала было укрыто веточным камуфляжем, сквозь который светились глаза, полные злобы.
Глава 16 Ельвед
Глядя, как Драная Рожа и Арум отправились пошептаться наедине, Ельвед кровожадно усмехнулся. Он знал, что будет дальше. И знал, что будет потом… После того, как спало наваждение — всё стало на свои места. Всё это время, он словно спал. Но теперь он проснулся. И он всё вспомнил. И прежде всего, он вспомнил ту яростную битву, в которой пал весь его взвод…
* * *
Это был вызов на бой…
А Энкин Флед не придумал ничего лучше, как принять этот вызов…
К чему была эта игра в благородство? Это мятежникам надо было выманить их из замка, так как они понимали, что при штурме их шансы минимальны. И именно поэтому они и послали парламентёра. Причём послали наверняка - как говорится, «на дурака». Однако, это сработало. Фледа развели на рыцарскую риторику. Ну или может быть это была его излишняя самоуверенность, или желание подавить мятеж одним ударом? Скорее всего, наместник излишне понадеялся на 6-й Синий взвод и недооценил противника.
Естественно, если бы Флед знал, что железный монстр сбежал из тюрьмы и находится среди подошедшего к Басте войска, то он бы занял глухую оборону в Фиолетовом Замке. Сил вполне должно было хватить, чтобы продержаться до подхода Потрясателя Вселенной и основных сил НАУД. И вот тогда, вполне возможно, что война пошла бы по совершенно другому сценарию. Однако, наместник принял вызов.
В двух милях от Фиолетового Замка раскинулось просторное поле, словно специально созданное для сражений. И в этом самом поле нестройной стеной растянулось войско мятежников, ну или ОАСМ, как они сами себя называли.
Зелёные знамёна с жёлтой диагональной полосой хлопали на ветру над копьями и алебардами. Более двух сотен предателей привёл Лестар на это поле. Сам он считался лучшим кузнецом Пёплланда и теперь красовался в дорогих доспехах и шлеме впереди войска.