— Арбалетчики, прикрыть дуболомов! — проорал Энкин Флед.
Щёлкнули тетивы арбалетов и тяжёлые болты вспороли воздух. Один из мятежников выронил алебарду и, постояв пару секунд, рухнул, словно подкошенный — стрела пробила ему голову. Ещё несколько его раненых собратьев истошно выли, истекая кровью. А закованные в кольчуги и шлемы арбалетчики Фледа с деловитым спокойствием перезаряжали своё оружие.
— По арбалетчикам бейте! По арбалетчикам! — орал Деревоногий.
Нестройный огонь стрелков ОАСМ не принёс заметного результата, и арбалетчики НАУД дали ещё один залп. В этот раз два мятежника упали замертво, а ещё один, схлопотавший болт в живот — визжал как свинья.
Не выдержавшие обстрела алебардщики ОАСМ отступили, однако перед этим смогли отвлечь на себя дуболомов, чем и воспользовался Штальхолцфаллер, который сумел вновь завладеть своим молотом и расколотить ещё трёх деревянных солдат.
Арбалетчики НАУД, стоявшие под плотным обстрелом, тоже вынуждены были отступить, неся под руки своего товарища, раненого стрелой в ногу.
Теперь бой снова вели дерево и железо, а люди лишь ожидали его исхода. Да оно и понятно — там где в смертельном танце бушуют дерево и железо, плоти делать нечего — перемелят и не заметят.
Двое из четырёх оставшихся у Ельведа солдат, хоть и остались однорукими, но продолжали атаковать Штальхолцфаллера. Битва была долгой и упорной. За это время, двое раненых мятежников успели отойти в мир иной, а Железный Дровосек уничтожил ещё троих деревянных солдат. Дуболомов теперь осталось только двое: сам Ельвед и Шестой.
Железному Дровосеку тоже крепко досталось. Мощные удары дубин свернули ему голову набок и сорвали заплатку с груди. Да и биться он теперь мог только левой рукой, правую от многочисленных ударов всё-таки заклинило. Он раскрутил молот левой рукой и вращал его уже не останавливаясь, пытаясь достать им до деревянных солдат.
Ельвед, видя открытую пробоину в груди железного воина, всё пытался нанести удар именно туда, но крутящаяся мельница молота не позволяла подойти на необходимое расстояние. А Дровосек тем временем, яростно вращая молотом, изловчился и срезал последнего солдата ударом под ноги. После чего молот взвился вверх и обрушился на голову дуболома, которая с треском раскололась. Воспользовавшись моментом, Ельвед сильным ударом дубины, выбил молот из рук железного воина.
— В атаку! Убить Страшилу! Убить Убивающую Фею! — прогрохотал Флед.
Дружина наместника бросилась вперёд, прямо туда, где находилось всё руководство ОАСМ.
Капрал обрушил страшной силы удар на голову Дровосека, пытавшегося вновь поднять выбитый молот. Железный воин пытался достать его рукой, но Ельвед увернулся и, раскрутив дубину, обрушил её на спину своего врага. От чудовищной силы удара шёлковое сердце Дровосека оторвалось и вылетело на землю. Грозный Штальхолцфаллер с грохотом рухнул замертво.
Капрал выкинул ненужную больше дубину и бросился в атаку, размахивая саблей. Вокруг гудели тетивы и свистели стрелы. Страшно орали люди, звенели доспехи и оружие.
— Копьеносцы, в круг! — ревел Деревоногий.
Копьеносцы и алебардщики обступили командование ОАСМ и ощетинились острыми наконечниками на длинных древках.
Ельвед обрушился на лес копий, пытаясь прорубиться вглубь построения. Нанося страшной силы удары, он перерубил пару копий и отсёк чью-то руку. Подоспевшие латники Фледа врубились в строй копейщиков Лестара.
Сам же наместник, вооружённый мечом и кинжалом, из-за своей полноты отстал от своих алебардщиков. Но когда добежал до места столкновения, то полез в самую его гущу. Флед был единственным в своём войске, кто помимо кирасы и шлема имел ещё и наплечники с набедренниками (к слову сказать — у противника подобный набор доспехов был только у Лестара и Фараманта). И поэтому он бесстрашно пёр напропалую на лес охотничьих копий, рубя их своим дорогим булатным мечом.