Поднявшись, Хмурый заложив руки за спину, прошёлся по кабинету и, остановившись у окна, оглядел внутренний двор и так простоял минут десять, обдумывая только что услышанную информацию. Его бойцы терпеливо ожидали и не вмешивались, стараясь не нарушать ход мысли и наконец, дождались решение своего шефа.
— В общем, так парни, кажется, появился реальный шанс решить проблему с нашими конкурентами чужими руками. Пусть Тур и его люди отвоюют рынок у бригады Фамера, а мы в свою очередь победителя сдадим крестоносцам, представив их политическими. Таким образом, мы без своего прямого участия устраним своих противников, и без шума с пылью рынок под свой полный контроль возьмём вместе с соседним районом.
— Подожди Хмурый, но если они будут в нашей бригаде, нас люди просто не поймут. — Удивлённо поинтересовался Марик, не совсем понимая задумку смотрящего.
— А мы их в свою бригаду не возьмём, хотя процент на общак взимать будем, но вы парни должны потихоньку распространять о них слух, что они политические. Только смотрите не переусердствуйте, а то сами на свою голову проблему создадим, люди ведь этих крестоносцев на дух не переносят.
Глава 9
— Сержант, ну не доверяю, я этому смотрящему! Продаст он нас при первом удобном случае не иначе. — В сердцах выпалил Лось, нервно дёргая за ремень лучемёта.
— Разумеется, продаст, да только сейчас мы ему нужны, впрочем, и он нам пока нужен. Похоже, он хочет нашими руками своих конкурентов устранить. В этом деле главное нам самим не зевать и в случае угрозы его по самые ноздри в землю вбить. Другого выхода, я пока не вижу.
— С чего ты взял?
— Наши пацаны наблюдающие за рынком любопытную информацию донесли. Оказывается, у Хмурого проблемы с другим смотрящим. Граница их, так называемых владений, проходит через рынок, за который они между собой воюют, правда сил у обоих не хватает, чтобы полностью торговлю под себя подмять, отсюда и неразбериха. Поборы устраивают обе стороны, а народ, как всегда крайний в этой ситуации, да и жаловаться некому, ведь не к крестоносцам же в комендатуру идти в самом-то деле? — Честно ответил я, обдумывая, как лучше всего выкрутиться из этой истории самым наилучшим для нашего отряда образом.
— Ну, что же, как говориться, поживём-увидим. — Задумчиво проговорил мой заместитель и, тяжело вздохнув, поднялся на ноги и прошёлся по бункеру.
— Ладно, Лось, пойду я. Ещё надо сегодня на городской ипподром заглянуть, глядишь, и получиться кого-нибудь из концлагеря освободить.
— Удачи сержант.
Покинув бункер я, неторопливо шагая по технологическому туннелю городской канализационной системы, напряжённо думал. Насчёт хитромудрого смотрящего, я особо не переживал, хотя он и мог создать немало проблем, но при определённой сноровке его вполне можно было загнать в угол. Меня больше беспокоил концлагерь и выходы на его администрацию и чем больше, я на эту тему думал, тем отчетливее осознавал, что прямой штурм неприемлем. Надо было придумать что-то иное, но сначала надо было взглянуть на концлагерь и уже от этого дальше вертеться.
Затратив на дорогу чуть больше четырёх часов я, наконец, добрался к намеченной цели и, устроившись на безопасном расстоянии, занялся наблюдением за дорогой и центральным въездом на территорию бывшего ипподрома. Стена концлагеря была высотой метров восемь и по периметру находились наблюдательные вышки с прожекторами и электронными системами охраны. За совсем короткое время, стало понятно, что это заведение пользуется повышенным вниманием, так как машины заезжали и выезжали на территорию практически каждые пятнадцать минут. Многие из них были автозаками… В общем и целом всё было капитально и о побеге не могло быть и речи, да и атака в этих условиях скорее походила на самоубийство.
Не понравилось мне это местечко. Очень не понравилось, хотя внешне всё выглядело вполне благодушно, но некая негативная аура давила на психику весьма ощутимо и от этого у меня разболелась голова. Не став больше себя насиловать, я вернулся обратно в технологический туннель и направился домой.
Уже лёжа в постели, я, взвесив все "за" и "против", пришёл к окончательному решению, вплотную заняться развлекательным центром главным образом предназначенный для оккупационных сил. Другой возможности войти в круг среднего и старшего командного состава он попросту не видел. Придя к такому заключению, я спокойно уснул.
Рано утром, одевшись в свой лучший костюм и сложив в портфель пятьдесят тысяч марок, я покинул свою квартиру, и нос к носу столкнулся с соседушкой.