— Кассию.
— И какова будет их задача?
— Кассий будет набирать и готовить людей для пополнения наших легионов. А его кавалерий ты можешь располагать в случае необходимости.
Антемий покачал головой:
— Твоя кавалерия не годится для боя с вандалами. Всадников тоже необходимо переучивать.
Красс задумчиво смотрел на императора, поглаживая подбородок.
— Как видишь, мои букелларии нужны здесь, — продолжил Антемий. — Но есть еще одна армия, и она уже должна быть в Италии.
— О чем ты говоришь?
— Я говорю об остготах. Это племена варваров, живущих в Паннонии. Узнав об измене Рицимера, я отправил туда верного человека, приказав ему убедить готов выступить против него. У остготов — кровная вражда со свевами и скирами, поэтому они должны были согласиться. Мой человек, Аниций Ацилий, сумел уговорить одного из готских вождей, Вилимера, и он идет в Италию с пятитысячным войском. Однако последние вести от них я получал давно, поэтому не знаю где сейчас Вилимер. Будет неплохо, если ты свяжешься с ним. Вместе вы могли бы легко окружить и уничтожить Гундобада.
— Ты призвал новых варваров в Италию?
— Я был в безвыходном положении! Что еще мне оставалось делать? И потом — римской армии давно уже нет, все наши войска состоят из варваров, так какая в таком случае разница?
— Но теперь-то римская армия есть. Что ты обещал варварам за помощь?
— Золото. И право поселиться в Галлии. А Вилимеру — титул военного магистра Галлии вместо Гундобада.
— Только новых варваров нам тут и не хватало! Можно ли полагаться на армию этих… остготов?
— Полагаю, что да. До тех пор, пока мы держим свои обещания им.
— И ты намерен держать их? Пустить Вилимера в Галлию?
Антемий вздохнул и вновь приложился к вину.
— Это нежелательно. Остготы родственны вестготам Эвриха, и как они поведут себя в случае войны с ними — я не берусь предсказать. Но считаю, их присутствие в Галлии будет опасным. Вероятность, что Вилимер не станет выступать против своих «братьев» очень высока. Вполне возможно, что он, напротив, может к ним присоединиться.
— Так зачем же ты позвал их сюда? — Я уже говорил — у меня не было другого выбора. Впрочем, сейчас они нам даже полезны. Пусть Вилимер поможет тебе расправится с Гундобадом. Побить одного варвара руками другого — что может быть лучше? Вот и решились бы обе наши проблемы.
— Мне надо будет связаться с Вилимером.
— В этом я тебе помогу. Отправим к нему людей, чтобы вы могли действовать согласованно.
В дверь постучали. Дождавшись разрешения Антемия, вошел раб. Поклонившись, он передал императору письмо и тут же удалился.
— Не возражаешь?
Красс пожал плечами и пригубил вино. Антемий быстро пробежал глазами табличку и, не сказав ни слова, положил ее на стол.
— Разбив Гундобада, я поведу легионы в Галлию, — продолжил Красс. — На кого я могу рассчитывать там?
— Все жители Галлии, простые люди и патриции, будут рады помочь тебе.
— И галлы?
— Галлы? Галлов больше нет, есть римские граждане. С тех пор, как Цезарь завоевал Галлию, там многое изменилось. У империи нет более лояльной провинции, чем Галлия.
— Это странно… Но пусть так.
— Галлия признаёт власть Рима, не сомневайся. Если не возражаешь, я отправлю с тобой достойных сенаторов, хорошо знакомых с лучшими людьми Галлии. Они помогут тебе наладить нужные связи.
— Буду очень рад. Мне еще многое предстоит узнать, и всякая помощь тут будет ценна.
— Да, ты не забыл о нашем уговоре? Насчет проповедников Симплиция?
— Не забыл, хотя и не вижу в том смысла. Завтра я устрою смотр легионам, пусть приходят в лагерь.
— Папа будет доволен. Тем более, что, как мне только что сообщили, после Игр случилась одна история… В нее замешан кое-кто из твоих легионеров.
— Что еще за история?
— Так, пустяки. Дело мы замнем, но Папа и ревностные христиане получат очередной повод для недовольства. Как будто их и без того мало.
Главный зал расположенной недалеко от Форума таверны «Гроздь винограда» был полон народа. Разные компании сидели за большими деревянными столами и пировали, то и дело требуя принести вина или еды. В воздухе стоял такой гул голосов, что приходилось чуть ли не кричать, чтобы услышать собеседника, сидящего рядом. На огромном очаге шипели и булькали котлы и сковороды, пахло дымом, жареным мясом и прочей снедью. Хозяин заведения, жирный краснолицый Меттий, только и делал, что покрикивал на нерасторопных поворов и служанок, обносивших посетителей. Он был несказанно доволен неожиданным наплывом клиентов. Давно уже его таверна не знала такой популярности: во время осады римлянам было не до развлечений. Теперь же денежки рекой текли в карман Меттия, и он не мог сдержать щербатой улыбки расплывавшейся на его лице, едва он думал о тех денежках, что оставят ему в этот вечер многочисленные посетители.