Повернув голову вправо, он крикнул:
— СиДжей! Можешь набрать мой номер? Не могу найти телефон.
— Будет сделано, Большой Техас, — ответил тот, с кем он разговаривал, глубоким и грубым голосом.
Большой Техас. Сомневаюсь, что он вспоминал обо мне, когда люди вокруг так его называют. У меня появилось ощущение, что прошло очень много времени с тех пор, как он думал обо мне.
Я сунула телефон ему в руку. Чем раньше он позвонит, тем быстрее я смогу уйти.
— Я помогу найти твой телефон, пусть он звонит, а ты пока свяжись с мамой.
Его голубые глаза посмотрели в мои, но взгляд был совершенно отрешенным, как будто он смотрел сквозь меня. Я не могла винить его за это, особенно после случившегося сегодня.
Мои опасения подтвердилась, когда он уставился на мой телефон невидящим взглядом. Лучившийся счастьем человек, которым он был мгновение назад, полностью исчез, и я решила, что ему нужна минутка. Или десять. Но ему действительно нужно позвонить своей маме или моему брату.
А мне нужно помочь найти его телефон, чтобы я могла уехать домой.
Я обернулась, чтобы понять, к кому Зак обращался за помощью, и обнаружила прямо за спиной мужчину с платиновыми, обесцвеченными дредами, завязанными в хвост, который прижимал телефон к уху и одновременно оглядывался по сторонам. Он был не очень высоким — кому, как не мне об этом судить, — но в хорошей форме. Бросив последний взгляд на Зака, который смотрел на мой смартфон так, будто не помнил, как им пользоваться, я снова перевела взгляд на другого мужчину и постаралась привлечь его внимание. Его темно-карие глаза метнулись ко мне.
— Привет. Давай ты будешь звонить, а я поищу его телефон.
Симпатичный смуглый мужчина кивнул, его взгляд на секунду скользнул по моей рубашке-поло, а потом сказал:
— Я буду звонить до тех пор, пока ты его не найдешь.
— Договорились.
Мне пришлось долго бродить по дому в толпе незнакомцев, чтобы наконец найти на полу ванной у входной двери звонящий айфон с большой трещиной по всему экрану. Я фыркнула.
У человека, который заключал контракт на сумму с восемью нулями, был телефон с треснувшим экраном. Он был так похож на прежнего Зака, который заклеивал изолентой порванную куртку, два месяца ездил на машине с картонкой вместо стекла, потому что его бывшая девушка разбила окно, и всегда заказывал еду из долларового меню, потому что так было дешевле, чем есть в закусочных.
На самом деле он не сильно изменился за эти годы. И это классно. Я чувствовала, что если уж жизнь, люди, фанаты и критики не смогли изменить его, то это не под силу ничему и никому. И от этого мне стало еще приятнее.
Он был рад меня видеть, это понятно.
Я нажала «Ответить», когда на экране мелькнула надпись Си Джей Дэниэлс — Уайт Оукс.
— Нашла. Спасибо. — Я услышала, как он что-то проворчал в ответ, и повесила трубку.
Телефон Зака завибрировал, и экран засветился. Любопытство — моя вторая натура, поэтому я посмотрела, что там.
НОВОЕ СООБЩЕНИЕ
ЭМИ БЛОНДИНКАОФИЦИАНКА OKЛС: [фото]
А ниже шли старые уведомления.
КИША БЛАДВОКАТПОРАЗВОДАМ OKЛС: [фото]
СТЕЙСИ МУЛАТКАБАНКИР OKЛС: Только что услышала о…
ВАНЕССА: [два новых сообщения]
ЭЙДЕН: Позвони мне.
ТРЕВОР: КАКОГО ХРЕНА ТЫ ТВОРИШЬ? ПЕРЕЗВОНИ
Эми. Блондинка официантка. Оклахома-Сити.
Киша. Блондинка? Адвокат по разводам. Оклахома-Сити.
Стейси. Брюнетка банкир. Оклахома-Сити.
И просто Ванесса.
По крайней мере, парень придумал свой способ запоминать… людей, с которыми знакомился.
На одну крошечную, идиотскую, ненужную секунду я задумалась, есть ли у него в контактах какие-нибудь Бьянки. Но как только этот вопрос пришел мне в голову, я отшвырнула его куда подальше.
Не моего ума дело.
Я прошла через дом, но не смогла найти Зака во дворе, где оставила. Когда его друг, парень с дредами, встретился со мной взглядом, я подняла вверх разбитый телефон Зака, доказывая, что нашла его, и показала ему большой палец, чем заслужила резкий кивок. И где, черт возьми, его носит?
— Кажется, он пошел в свою комнату, — крикнула не покидавшая своего места блондинка, которая сидела рядом с Заком, когда я пришла, и привлекла этим мое внимание. Она указала наверх.
Она знает, где находится его комната. Это тоже не мое дело.
— Он разговаривал по телефону, — продолжила она, и ее приятный голос соответствовал красивому личику. — Все в порядке?
Я подернула плечом. Я не знала ее. И не собиралась рассказывать о проблемах Зака, особенно девушке, пояснение к имени которой могло быть или не быть в его телефоне. Я даже представить не могла, что знаю и знакомлюсь с таким количеством людей, что мне приходится их описывать, чтобы хоть как-то различать. В моих контактах максимум у пары человек были фамилии.
Ну да ладно.
— Спасибо за подсказку. — Я слегка улыбнулась, и сделала это искренне, потому что девушка показалась милой. А мне нравились хорошие люди.
Но теперь мне нужно было выяснить, где находится его комната, вернуть свой телефон и исчезнуть.
— Откуда ты знаешь Зака?
Я повернулась на незнакомый голос и обнаружила вторую половинку сэндвича Зака, — брюнетку, которая окинула меня странным взглядом при моем появлении здесь, и она до сих пор причудливо зыркала на меня после того, как задала свой вопрос.
Я удостоила ее единственным ответом, который хотела и могла дать, особенно человеку, который не вызывал у меня приятных эмоций.
— Мы семья. — Пусть делает с этой информацией все, что хочет.
По выражению ее лица было понятно, что она ни капельки не поверила, но мне плевать. Я развернулась и снова направилась в дом, улыбнувшись на прощание другой девушке. Найдя лестницу рядом с гостиной, я пошла наверх, осматривая простые белые стены, которые соответствовали белому цвету на первом этаже. Из-за гула голосов внизу я ничего не слышала, пока шла по коридору, заглядывая в каждую открытую комнату.
Все они были разными. Первая оказалась почти пустой, за исключением современной двуспальной кровати и комода. Во второй комнате была точная копия двуспальной кровати из предыдущей спальни, но все здесь было совершенно новым, словно тут-никогда-не-жил вообще никто. Даже ковер был девственно чист.
В третьей комнате, которую я осмотрела, большую часть занимала огромная кровать, а на стене висел телевизор с плоским экраном среднего размера. Дверь гардеробной была открыта, и я видела висящую внутри одежду. На кровати лежала футболка. И когда я заглянула в эту комнату, то услышала голос Зака. Я прошла по огромному медиа-залу с четырьмя большими креслами и проектором. Здесь все вещи тоже выглядели совершенно новыми.
Зака я нашла в комнате, которая, похоже, была главной спальней или, как минимум, одной из главных спален, если судить по площади его дома. Я бы удивилась, если бы внизу ни одной не оказалось. Однажды, когда мне стало скучно на работе, я рассматривала планы нового жилого комплекса, мимо которого проезжала, и обнаружила, что в некоторых из этих домов находилась не одна, а две комнаты класса люкс. Модная п-р-и-х-о-т-ь.
Зак держал мой телефон у уха, а на огромном матрасе лежал открытый чемодан. На кровати были скомканы простое белое одеяло и простыни. Рядом с грязными сине-серыми кроссовками валялась пара носков. Стакан, наполовину наполненный водой, стоял на тумбочке, ближайшей к двери спальни… но больше из мебели здесь ничего не было, кроме широкого черного комода. Стены комнаты тоже оказались пусты. Ничего личного. Ни единой безделушки.
— Угу, ладненько, — произнес Зак, глядя мне в глаза, когда я остановилась в дверях, а потом он кивнул головой, жестом приглашая меня войти. Его рука зарылась в песочного цвета прядях, которые были точно такого же оттенка, как я помнила, только оказались немного длиннее, чем я обычно видела по телевизору.
Я вошла. В его комнате я была всего пару раз, и не могла вспомнить, как она выглядела. В мыслях промелькнули лишь смутные образы грязной, захламленной комнаты, пахнущей потом, ногами и каким-то одеколоном, который ему каждый год на Рождество якобы дарила тетя.
Мое сердце заполнила тоска по тому мальчишке, которого я любила как брата, а позже — как некий образ, даже несмотря на то, что он бросил меня, продолжая жить дальше и забыв обо мне. Но это в прошлом, и я все понимала.
Я наблюдала за тем, как Зак повернулся к комоду, достал одежду и бросил ее в чемодан.
Но я заметила это. Видела его насквозь.
Его руки дрожали.
Они буквально тряслись.
Дерьмо.
Он сказал «хорошо» и «угу» еще пару раз, запихивая в чемодан первую попавшуюся на глаза одежду. И да, я все это время слушала его разговор.
— Я приеду, как только смогу. Люблю тебя, мама.
Его мама.
Он крепко сжал мой телефон, завершив разговор и застыв на месте. В какой-то момент он снял свою ковбойскую шляпу — эту обычную штуку коричневого цвета — и растрепал волосы по всей голове. В свете спальни я заметила, что он хорошо загорел после тренировок на свежем воздухе и выглядел более мускулистым, чем я когда-либо видела. Я рассматривала его стройное и высокое тело, неимоверно широкие плечи, сильные руки с выделяющимися на них мышцами и венами; такого вида я не ожидала.