Только тогда Зак отпустил мою руку и бросился обнимать его, на что мой брат ответил тем же. Обычное объятие. Простое. Похлопали друг друга по спине и все такое. Мне стало легче.
Но отстранившись, мой старый друг положил обе руки на плечи моего брата.
— Ты знаешь, что я люблю тебя, — уверенно произнес Зак.
И мой брат кивнул с серьезным видом.
— Знаю. Ты знаешь, я тоже тебя люблю.
Только эти двое могли признаться друг другу в любви, как будто это самая естественная штука в мире. Мне всегда это нравилось. И я понимала, почему Зак не хотел ничего менять. Я действительно понимала. Кто я такая, чтобы все портить?
Я реально поступила правильно. Мне просто требовалось время, чтобы прийти в себя — время и, возможно, на что-то отвлечься. Скорее всего, стоит перенести мою поездку в Орландо и устроить себе долгий отпуск.
— Ты — брат, которого у меня никогда не было, и которого я никогда не хотел, — продолжил Зак, возвращая мое внимание к нему и к тому, как он смотрел на Буги сверху вниз.
На что тот ухмыльнулся.
И я почувствовала себя неловко. Они прощаются, или мне показалось? Должно быть, показалось. Я видела браки, в которых было меньше поддержки, чем в дружбе этих парней.
— Я люблю тебя, хорошо? — Повторил Зак.
Мой брат вздохнул.
Почему, черт возьми, он вздыхал?
О Боже, у меня появилось неприятное предчувствие.
— Почему вы двое ведете себя так, будто прощаетесь? Ничего не произошло, Буги, клянусь.
— Кто сказал, что мы прощаемся, дорогая? — Спросил Зак, убирая руку с плеча моего брата, чтобы нежно взять меня за руку. Его шершавый большой палец скользнул по внутренней стороне моей ладони.
— Мы не прощаемся, — подтвердил мой брат, снова сосредоточившись на своем лучшем друге, глубоко вздохнув, а затем испустив долгий, протяжный вздох, который вырвался прямо из глубины его души. Я почти уверена, что даже его плечи на секунду опустились, но он расправил их, и от этого я снова почувствовала, что они сейчас попрощаются. — Говори, что хотел, чтобы я мог спокойно жить дальше, — сказал ему Буги, вздернув подбородок. — Ты названивал мне каждый день, чтобы о чем-то сказать?
Он звонил ему каждый день?
Зак не колебался ни секунды.
— Да. Я должен был сказать тебе сразу, как только понял. Я не ожидал, что это случится, но так вышло, — твердо сказал он ему. — Клянусь, я боролся с этим, но у меня не было ни единого шанса, Буг. Это как борьба с неизбежным. Я пытался пробиться сквозь кирпичную стену. Клянусь жизнью Дедули, у меня не было ни единого шанса. Она подкралась ко мне со спины, когда я этого совсем не ожидал, и задала самую грандиозную взбучку в моей жизни.
— Тебя избили? — в замешательстве спросила я, оглядев его, но не обнаружив синяков на открытых участках кожи.
Буги молчал.
Серьезно, я понятия не имела, о чем, черт побери, они говорили, и хотела получить хоть какую-то подсказку, чтобы во всем разобраться.
Однако, на этом Зак не остановился. Он облизал губы и решительно расправил плечи, готовясь... к чему бы то ни было.
— Я больше не хочу с этим бороться. Не могу. Знаю, ты хотел бы для меня самого лучшего, это оно и есть. Думаю, ты сам понимаешь. — Он перевел дыхание и очень осторожно произнес фразу, от которой мое сердце забилось чаще. — Всю свою жизнь я чувствовал, что мне чего-то не хватает, пытался это найти. Не знаю, как объяснить, но теперь мне кажется, что я нашел это, Буг. И эта недостающая часть все время была перед моим чертовым носом.
Мой брат уставился на него, и на его лице появилось задумчивое выражение. Он долго и глубоко дышал, потом поднял голову к потолку и, наконец, произнес:
— Я бы сказал, что хотел бы услышать все это по телефону, но я бы солгал. Я уже давно подозревал, что ты хотел мне что-то сказать, но был настолько поглощен Лорен и ребенком, что упустил этот момент. — Он опустил взгляд и снова вздохнул. — И я знаю, что не было шанса. У тебя никогда его не было. Но мы установим правила.
— Ладно.
Лицо Буги стало серьезным.
— Я прошу только об одном. Ты никогда не будешь рассказывать мне о дерьме, которое я не хочу слышать. Это все, чего я хочу; об остальном, я знаю, мне не стоит беспокоиться. Мы бы не затеяли этот разговор, если бы ты не был полностью уверен в том, что делаешь.
Зак торжественно кивнул.
Брат посмотрел на меня, а затем улыбнулся.
Я нахмурилась.
— Не понимаю, о чем вы, два придурка, говорите. Сначала я подумала, что разговор касается меня, а теперь вообще без понятия.
Его улыбка стала еще шире.
— Нет, я серьезно. О чем речь?
Буги рассмеялся, и от напряжения, которое секунду назад читалось на его лице, не осталось и следа.
— Мы все прояснили.
Что именно? Я толкнула Зака, который все еще держал меня за руку.
— Я не хочу ничего испортить. Обещаю. Я люблю вас двоих, и каждый из вас это знает, и я не хочу, чтобы нам пришлось посещать психолога из-за того, что я вела себя глупо.
Мой высокий друг криво усмехнулся мне.
— И в чем заключается твоя глупость?
Я смотрела на Зака с тех пор, как он задал этот вопрос. Затем я посмотрела на своего брата, потому что он все знал, ведь я недавно ему рассказала. Хотела ли я напоминать Заку о своих чувствах? Точно нет. Но, похоже, у меня не осталось выбора, черт возьми.
— В том, что я влюбилась и все усложняю, но клянусь, я уже поговорила с Буги и собиралась сказать тебе, что не о чем беспокоиться, потому что я быстренько с этим разберусь.
— Разберешься с этим?
Почему у Зака такой сдавленный голос?
Буги ухмыльнулся, затем фыркнул и, повернувшись, бросил через плечо:
— Бьянка недавно сообщила, что собирается завести собак или кошек, и когда-нибудь станет пумой. Сам с этим разбирайся. Спасибо, что заглянул повидаться со мной. Ты настоящий друг.
На что Зак снова фыркнул.
— Увидимся завтра.
— Как скажешь. — Брат снова рассмеялся и, покачав головой, направился к дорожке.
— Что это было? — растерянно пробормотала я тому, кто все еще держал меня за руку. — Кто устроил тебе взбучку?
Он... начал с кем-то встречаться? Он начал с кем-то встречаться за эти две недели?
Зак расхохотался, и потянул меня за руку, отступая на шаг. Темные круги под его глазами стали более заметными, когда он наклонил голову, глядя в мои глаза, и на его лице снова появилась широкая улыбка.
— Я говорил о тебе, малышка.
На мгновение мне показалось, что я оказалась вне времени и пространства, а затем прохрипела:
— Обо мне?
Он кивнул, потянув меня за руку, чтобы я последовала за ним, и я подчинилась... в основном потому, что едва чувствовала свои ноги и начала сомневаться, правда это или нет.
— Да, о тебе. О ком же еще?
Он повел меня к выходу, что, как я догадалась, не было чем-то странным или неслыханным. Он просто хотел побыть наедине? Поговорить со мной о…
Минуточку.
Я повторила часть слов, которые слышала во время их разговора, и поразмышляла над ними, когда Зак вышел за двери, придержав одну из них открытой для меня, затем позволив ей закрыться за нами. Я так беспокоилась о том, что парни поругаются, что сосредоточилась на словах, которое они произносили, а не на сути разговора.
Но теперь...
— Зак? — позвала я, когда он повел меня к своей машине.
— Что?
Он щелкнул замками и открыл пассажирскую дверь. Я остановилась рядом с машиной и подняла голову, чтобы встретиться взглядом с его голубыми-преголубыми глазами, которые, казалось, сияли даже в свете уличных фонарей. Он улыбался, медленно и лениво опустив голову. Он больше не выглядел нервным и усталым. Зак выглядел… ну, живым, жизнерадостным и… решительным. И так, словно сбросил груз с души.
— О какой неизбежности вы говорили? — это первое, что мне удалось спросить.
Он снова взял меня за руку. И у него было такое выражение лица, от взгляда на которое я чувствовала, что никакие беды этого мира мне не страшны, если он будет рядом. Хозяин, защитник и надежный тыл — все это в нем сочеталось. Зак склонил голову набок, и его знаменитая улыбка заставила меня приподняться на цыпочки в предвкушении.
— О тебе, малышка, о чем еще?
Я чуть не упала в обморок.
И он заметил, что я пошатнулась, поэтому громко рассмеялся.
— Давай. Садись в машину. Нам нужно поговорить.
Я села в машину, в основном потому, что сомневалась в способности своих коленей выдержать меня хоть секунду. А еще потому, что была уверена, что грохнусь в обморок, ударюсь головой о боковое зеркало и забуду все, что только что произошло. По крайней мере все, что смогла понять.
А этот дурачок с улыбкой на губах захлопнул дверцу, уселся за руль и завел машину. Все это время я приходила в себя. Шокированная. Загнанная в угол.
Удивленная. Напуганная. В растерянности.
В основном, я была сбита с толку.
Он… он…
Я сделала глубокий вдох через нос и привела мысли в порядок, когда он завел машину и повернулся ко мне.
— Зак?
Он выглядел таким серьезным.