-Ты с нами? – выдернул меня из воспоминаний Ваня
-Я не знаю. Если только посмотреть. Туда ведь идти так далеко. А ты всерьез собираешься летать? Уже можно будет? Тебе ведь гипс с ноги сняли совсем недавно?
-Думаю можно. Так ты с нами?
-Давай! Даже пузатыш уже почти согласилась! – Женя коснулся рукой живота Софы
-Эй! – воскликнула она, - Я еще не пузатыш!
-Но к весне как раз будешь!
-Давай! - продолжал уговаривать Ваня, - Соберемся все вместе.
-Я постараюсь.
Когда ребята уже ушли, я поднималась по мраморным ступенькам больницы и все никак не могла перестать думать об этой поездке. Мне, безусловно, хотелось отправиться туда вместе с ними, но как это сделать? Даже в больницу добраться на плановое посещение врача спокойно не получилось. Вспоминать и стыдно и обидно.
Вернувшись в палату, я увидела, что все спят. Вот и хорошо, хоть пару часов без очередной интереснейшей истории из жизни какого-нибудь знакомого моего знакомого. Как ни старалась сесть на кровать и не скрипеть ею, ничего не вышло. Мне иногда кажется, что у них с самого завода такая функция заложена – скрипеть, причем в самое неподходящее время и как можно громче. Подобрав под себя ноги и расправив край туники, взяла в руки телефон. Было несколько пропущенных от одного абонента, но номер был мне не знаком, и перезванивать я не торопилась, - все равно сейчас капельница должна быть. Медсестра с грохотом закатила в палату штатив, зацепив порог всеми тремя колесиками, и как ни странно никого не разбудила, только бабуля на соседней кровати очень раскатисто всхрапнула и перевернулась на другой бок. Закатав рукав до локтя, я вытянулась на кровати и отвернулась к стене. Обработав кожу антисептиком, медсестра ловко подключила систему.
-Все готово. Зовите, если понадоблюсь, - проговорила она и, улыбнувшись, удалилась. Я закрыла глаза, приготовившись не меньше часа лежать практически неподвижно. Снова зазвонил телефон.
-Алло, - ответила я, когда сумела дотянуться до мобильника. Он лежал на прикроватной тумбочке, и взять трубку с иглой в руке было непросто, но пришлось. В палате по-прежнему все спали, а телефон истошно вибрировал и грозил упасть на пол.
-Здравствуй! Как самочувствие? – это звонил психолог. Странно не помню, чтобы мы обменивались номерами.
-Все хорошо, а откуда у вас мой номер?
-Когда мы подъехали к больнице, ты пришла в себя. Я попросил твой телефон, чтобы иметь возможность удостовериться, что все в порядке. На что получил ответ: «Не знаю, как он поможет, ладно дам». Открыла сумку и дала мне его. Телефон. Буквально. Спорить я не стал, просто позвонил с твоего телефона себе.
-Вот как, - улыбка и стыд одновременно вторглись в мое сознание, - А потом?
-Проводил в приемный покой. Объяснил что произошло. Сделали укол и предложили госпитализацию. Всё. Правда, не помнишь?
-Как вышла из дома помню, как в машину садилась, помню. Что потом было, не помню, - на самом деле я лукавила, и какие-то обрывки всплывали в памяти, но разрозненные и туманные, а мне хотелось конкретики
- Когда выпишут? – он говорил так будто мы старые друзья.
- На следующей неделе, скорее всего во вторник.
- Понятно. Тогда до вторника? – такой счастливый, будто суперприз выиграл
-До вторника - психолог уже повесил трубку, а я еще какое-то время продолжала озадаченно смотреть на экран телефона.
Что это вообще было? Какой-то странный разговор, для едва знакомых людей. И когда на ты перешли? Ну ладно, до вторника так до вторника.
Всё то время что я пробыла в больнице, Софе казалось, что мне абсолютно нечего есть, пить и надеть тоже нечего, и она каждый день пополняла запасы первого, второго и третьего. Еды скапливалось так много, что пришлось подкармливать не только свою палату, но и соседнюю. Одежда занимала уже шесть пакетов и с трудом помещалась под кроватью, и я стала задумываться, как же мне все это дотащить домой, ведь помимо всего прочего Софа притащила мне электрочайник, плед, большую косметичку и миллион флакончиков из хозяйственного отдела. Но это еще что, как-то она обмолвилась, что больничные палаты очень уж хмурые и тоскливые со своими белыми стенами, и предложила привезти пару картин, чтобы их украсить. Украсить! Стены в больнице! Только тот факт, что и Женя, и Ваня, и я смотрели на нее с ооочень широко раскрытыми глазами, заставил ее передумать. Хотя я все же побаивалась, что Софа втихую положит мне их в сумку. К счастью она этого не сделала, поскольку я и так с ужасом смотрела груду пакетов на кровати.
Обход был еще час назад и меня готовили к выписке.
-Здравствуйте, - телефон зазвонил как раз в тот момент, когда я пыталась подушку и плед положить в одну сумку.