Его отвлек от раздумий какой-то новый шум, донесшийся с левого берега. В Реку с уступа из тесной пади слетал примерно пятнадцатиметровый водопад. Михаил успел его снять до того, как течение пронесло судно мимо. Здесь это был первый встреченный на пути водопад. В Саянах, в Баргузинском хребте, на Кавказе, даже на Кольском и в Карелии они и то встречались чаще. По слухам, ими изобиловали реки на плато Путорана, но там Михаил ни разу не побывал. В телевизионном «Клубе путешественников» показывали и куда более внушительные водопады, заслужившие мировую известность – Ниагарский, Виктория, Игуасу, наконец, самый высокий – с километровым падением с небольшого Гайанского плато – Анхель или Энджел-Фолл. В натуре Михаил таких не видел и не слышал. Однако в штормовую погоду во время перевального похода из альплагеря «Алибек», за Алибекским же перевалом, он наблюдал, как струи водопадов, срывавшихся с высоченных круч, ветер просто сносил, распыляя, вбок, не давая падать к подножью скал. Что ни говори, но такое тоже впечатляло, хотя расход воды был невелик. Во время ночевки на так называемой «зеленой гостинице» казалось, что ветер заодно с водопадной водой сдует и все палатки с их обитателями. Сколько еще раз с тех пор ему доводилось испытывать это чувство ненадежности бытия под напором разъяренной стихии! В голове то и дело колотится вопрос, что делать, если палатку действительно сорвет к черту и понесет в тартарары? Убедительного ответа на него никогда не находилось. Как прятаться от штормового ветра с дождем или мокрым снегом? Сможешь ли пережить несколько часов до рассвета, и что будешь делать потом? Хорошо, коли в палатке еще относительно сухо. Тогда, как бы ни тревожили, ни пугали эти мысли, как бы ни трепало крышу и стенки, грозя их разорвать, в конце концов этот пугающий грохот настолько истощал запасы нервов, что люди все равно засыпали, подумав перед тем «а-а, будь что будет, сил больше нет!» В те годы от льющей с неба воды спастись вне палатки было нечем. Штормовая одежда промокала мгновенно. Костра в безлесной местности в бурю под дождем не развести, да и нечем было бы поддерживать пламя, если бы удалось его разжечь. Никто не имел непропускающих воду плащей. Это только в шестидесятые годы в обиход стали входить полиэтиленовые пленочные полотнища, которыми укрывали палатки. Они же годились и как запасное укрытие, в них можно было завернуться и где-то долежать до тех пор, пока можно будет двигаться в более уютное место, греясь кое-как находу. К счастью, пленочное укрытие весило немного, и Михаил постоянно брал его в дополнение к палатке, а в этом походе так вообще постоянно носил при себе.