— Потому что я вроде бы как гражданский… — Я опешила. А Ирейс тенью метнулся ко мне и встал так близко, что мы почти касались друг друга телами: — Тина, кто еще летит на корабле кроме нас с тобой? — тихо спросил он. — И куда вы вообще направляетесь?
Меня настолько ошеломил поступок Ирейса, что пришлось приложить серьезное усилие, чтобы не отступить. Килл подавлял меня. Как и раньше, когда в академии зажимал меня по разным темным уголкам и то угрожал насилием, то издевался. От близости его крупного и сильного тела было трудно дышать. Будто в электрическом поле высокого напряжения. Мурашки стадами маршировали по коже, заставляя все волоски на теле, которые мне было лень удалять, вставать по стойке смирно, а горло волнами перехватывал спазм. Но я справилась с собой.
— Веди себя прилично, не то выкину за борт, — безразлично обронила, обходя килла. — Здесь парадом командую я.
Заслуженно гордясь собственной выдержкой, я направилась в столовую. Мне нужно было подкрепиться после пережитого и все хорошенечко обдумать. Пока мы в гиперпространстве, кораблю ничего не грозило. Следовало использовать это время с толком и хоть немного разобраться с происходящим.
Я почти не удивилась, обнаружив, что Ирейс притопал в столовую следом за мной. Понаблюдал, как я делаю заказ в пищевом автомате, потом спросил:
— Какое сегодня число? И какой год?
Удивленно приподняв брови, я ответила, мельком взглянув на комм. Лицо килла стало задумчивым:
— Всего-то неделя… Неплохо…
Больше никак не прокомментировав свои слова, он тоже сделал заказ в автомате, забрал выданный ему контейнер и устроился напротив меня. Я как раз сунула в рот первую ложку питательной каши из стереи — мелко помолотых зерен растения, произрастающего на планетах яоху. Собственно, эта каша тоже была их изобретением. Безвкусная, как и все каши, мелкая почти до состояния киселя, она очень неплохо насыщала организм витаминами и микроэлементами. Я ее не любила. Но после стресса мне нужна была либо она, либо куча пилюль с витаминами. Торопливо проглотив кашу, я предупреждающе проворчала:
— Дай спокойно поесть. Или сам сядешь за штурвал яхты.
Килл, только-только открывший рот, видимо, чтобы задать первый вопрос, на мгновение замер, а потом рассмеялся:
— Умеешь ты закрывать рты!
Я хмыкнула и сунула в рот еще одну порцию каши. Значит, Ирейс так и не подружился с пилотированием…
Некоторое время мы молча поглощали то, что взяли в пищевом автомате. Причем, как я заметила, килл взял себе какую-то питательную болтушку. Значит, не дурак и понимает, что сразу поле капсулы нормальную еду нельзя. Это и радовало тем, что лишних проблем он мне не доставит, и расстраивало, что нельзя лишний раз ткнуть носом в допущенную ошибку. А еще раздражало. Ирейс не сводил с меня пристального, изучающего взгляда. Под этим взглядом каша вставала поперек горла, и мне приходилось прилагать усилия, чтобы ее проглотить, думать не выходило. Словно килл одним своим присутствием отпугивал все умные мысли.
— Ты ужасно выглядишь, — неожиданно тихо сообщил мне Ирейс, когда я проглотила последнюю ложку ненавистной каши. Я аж закашлялась. — Рейс был сложным? Или ты по какой-то причине игнорируешь медкапсулу? Она здесь очень хорошая, насколько я понял.
С трудом восстановив дыхание, я посмотрела прямо в темно-шоколадные глаза своего врага, испытывая лютое, просто невероятное по интенсивности желание посоветовать киллу не совать нос в чужие дела. Ограничилась лишь лаконичным:
— Не имеет значения. Лучше расскажи, как оказался в капсуле под чужим именем.
Ирейс сначала опешил. Потом как-то недоверчиво усмехнулся. А потом качнул головой:
— Так не пойдет. Ты отказываешься отвечать на мои вопросы, но при этом требуешь ответов от меня. Забыла, на кого я учился?
Килл говорил спокойно. Не орал, не шипел, ничего не требовал и не угрожал. Наверное, поэтому спустя некоторое время я признала:
— Справедливо. — И, припомнив вопросы, заданные мне Ирейсом, сухо ответила: — На яхте мы с тобой вдвоем. На счет куда… На этот вопрос сейчас уже сложно ответить. Меня наняли, чтобы перевезти в частную клинику на Эльдеусе парализованного супруга миссис Медервас Абату, но…
Я замялась, пытаясь решить на ходу, что можно рассказывать, а что следует придержать. Но Ирейс уже вцепился в меня как бульдог:
— Но?.. — поторопил он меня. А я, неожиданно для себя самой разозлилась.