Выбрать главу

Саша весело засмеялась вместе с креслом: – Это факт.

– Именно этот факт помогает мне безличную жизнь переводить в чью-то личную. Как ни старайся, женщины и мужчины говорят на разных языках. Чтобы было четкое понимание, нужно все время переводить то, что тебе говорит, например, твоя жена, муж, любовница, незнакомка. В отношениях очень важен правильный перевод.

– Вы меня уже перевели?

– Нет еще, жду зеленого.

Смуглянка посмотрела на меня неоднозначно, будто забрала свою руку, которую я только что держал с намерением перевести ее через дорогу.

Ей уже не нужна была ни моя рука, ни мои слова, потому что основную часть ее сомнений я уже перевел. Ей нужны были ее слова, чтобы кто-то их услышал. Я услышал и даже отослал в редакцию. Я был уверен, что не стану звонить Давиду, не стану его ни о чем просить. Вопрос слишком личный, для них, для Саши и для него, пусть разбираются сами, кто кого хочет и почему. Тем не менее мне еще хотелось переводить ее и переводить. С одного языка на другой и обратно. Если бы не осень, которая неожиданно наступила в кабинете: мебель пожелтела, слова устали, в окнах потемнело, птицы на занавесках замолчали, опустел в бутылке коньяк.

Любо 5,5

– Вижу его редко. Он так много работает.

– Значит, женат.

– Это что-то значит?

– Ничего не значит, но перспектив никаких. К тому же неуверенный.

– Почему неуверенный?

– Неуверенные мужчины заводят любовниц.

– А любовников кто заводит?

– Их никто не заводит, они сами.

– Как тараканы?

– Нет, как тараканы они разбегаются, когда пахнет жареным.

– Чувствую, ты на карантине. У тебя дезинфекция, что ли?

– Нет, просто опустошена… одним.

– Траванулась.

– Давно известно: нельзя целовать нелюбимых, можно отравиться.

– Любимые могут отравить еще сильнее.

– Она обожала собирать грибы, даже мужчины в ее жизни делились на настоящих, ложных и поганок.

– Только любовница способна так сильно не любить себя.

– А если влюбилась?

– А он кто?

– Режиссер.

– Симпатичный?

– Женатый.

– По-моему, мы пошли по кругу.

– Нет, режиссеров еще не было, вроде. Кино?

– По кругу легче, можно встретить старых друзей.

– Со старыми друзьями лучше не встречаться.

– Со старыми лучше не встречаться.

– Театр.

– В общем, разница только в аудитории.

– Билеты проданы, артисты куплены, театр полон, аудитория, как дом. Публично публика глумится в нем, что скоро понимаешь, что за дом.

– Аплодисменты! Браво!

– Неужели все так запущено?

– Запущено и работает до сих пор. Еще со времен Марлен Дитрих, которая встречала своих режиссеров в чем мать родила.

– Я думаю, раньше.

– Кого она так только не встречала. Даже моих любимых Ремарка и Хемингуэя.

– Ревнуешь?

– Завидую.

– В ее постели и женщины встречались.

– Тогда только ревную.

– Мне кажется, именно этот факт позволял ей расставаться с мужчинами друзьями.

– Уникальная женщина. Хотя для киношников это не проблема, как мне кажется. Они к связям как-то проще относятся. Двадцать пятый кадр. Вроде было, вроде нет. Если от этого зависит рейтинг, значит, напишут, что было.

– Интересно, ее любили?

– А как ее не любить. Ни капризов, ни истерик, ни загсов, просто кино, просто секс, просто.

– Я же не про свидания говорю.

– Судя по глазам, она была очень одинока. Сексом пыталась залатать дыру в душе.

– Клин клином.

– Не пошли.

– А кто тут пошел? Просто игра слов.

– То есть веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?

– Тоже мне Станиславский. Я тоже когда-то хотела актрисой стать.

– Режиссера не хватило?

– Не схватила.

– Схватила, да рано, да не режиссера, а потом семья, ребенок, и понеслось.

– Чем тебе не гастроли.

– Каждый белит по своему ночной потолок.

– Дружба между мужчиной и женщиной возможна только в одном случае, если их сердца заняты другими.

– Сердца заняты, какой высокий стиль. Мы в девятнадцатом, что ли? В наше время «занято» обычно на кабинках пишут.

– Есть над чем подумать.

– Вот сходи и подумай, если не занято?

Трахе де Лусес

Белые гольфы, сверху розовые. Натянув последние до колен, Тино откинулся на кровать, на которой сидел.