Вы уже естественны, но вы хотите, чтобы я поддержал вас, потому что вы не можете сидеть безмолвно. На самом деле, вы не можете сидеть, вам нужно что-то обдумывать, что-то делать. Вы хотите себе какую-нибудь цель. А если я забираю цель, вы спрашиваете: «Тогда зачем я должен заниматься медитацией, если она не нужна?» Все равно медитация нужна, она нужна, но не для просветления, а для разрушения этого постоянного беспокойства в вашем уме.
Это похоже на такое явление: если вы будете жить в комнате с закрытыми дверями, тогда солнце не проникнет к вам, и открывание дверей не создает солнце. Открывая двери, вы не создаете солнце, потому что солнце уже есть. Открывая двери, вы становитесь доступными солнцу. Медитации - это только открывание двери.
Поэтому если вы сядете прямо сейчас, вы будете сидеть в смущении, и смущение будет возрастать по мере продолжительности вашего сидения. Вы будете копить смущение, и вам будет почти невыносимо терпеть его. Вам придется отправиться в кино, послушать радио, посмотреть телевизор или пойти в клуб - вам придется пойти куда-нибудь.
Медитации полны катарсиса. Они выбрасывают весь мусор, который содержится внутри вас. Они просто очищают вас. Они открывают двери, они открывают глаза - и вот оно, солнце. Когда вы доступны солнцу, оно начинает проникать в вас.
Тогда вы никогда не будете говорить: «Я стал просветленным». Вы станете говорить: «Я был естественным. А вопрос заключался в том, как стать естественным, как не становиться постоянно неестественным».
Вчера вы сказали, что цели нет, пути нет, некому вести и некому следовать.
Неужели это снова ложное утверждение? Вы шутили с нами вчера?
Именно этим я занимаюсь каждый день. Это единственное, что можно делать. Все утверждения ложны. Истина остается не произнесенной. Истину невозможно превратить в утверждение, ее нельзя превратить в формулу. Истина огромна! Как вы можете превратить истину в утверждение? В тот миг, когда вы делаете об истине какое-то утверждение, само это выражение становится препятствием. Слова опутывают истину как цепи.
Истину можно передать только в безмолвии. Поэтому те, кто по-настоящему слушают меня, на самом деле слушают не мои слова, а мою суть. Они слушают промежутки, они слушают интервалы. Слова не важны, но есть крохотные промежутки между словами, и моя с вами встреча происходит как раз в этих промежутках.
Это промежутки медитации. Постепенно слова сдвигаются на поверхность, и моя встреча, мое общение с вами становится центральным явлением. Слова есть, просто они далеки, они на периферии. Начинает появляться безмолвие.
Если вы, слушая меня, становитесь безмолвными, значит, вы услышали меня. Если ваш ум останавливается, когда вы слушаете меня, если у вас наступают мгновения отсутствия мыслей, значит, преображение постепенно происходит. Слышание начинает превращаться в слушание.
Слушание не относится к словам. Тогда слушается мое присутствие, тогда что-то соединяется между мной и вами. Тогда мое сердце и ваше сердце начинают биться в едином ритме. Тогда это песня, танец энергий.
Именно это на Востоке называют сатсангом, то есть пребыванием рядом с мастером. Это вовсе не словесное общение. Тогда почему же я продолжаю говорить? Почему я не могу просто сидеть здесь безмолвно? Вы не сможете поглотить такое обширное безмолвие. Вы можете поглотить его лишь в крохотных дозах, только изредка.
И мои слова помогают. Они не утверждают истину, но они помогают, они указывают путь. Мои слова - это пальцы, указующие на луну. Сами они не луна, а только пальцы, направленные на луну, стрелы. Не становитесь одержимыми пальцами, не цепляйтесь к пальцам, не начинайте поклоняться пальцам, потому что так вы упустите луну. Забудьте пальцы и посмотрите на луну.
Эта луна и есть безмолвие, высшее безмолвие, в котором никогда не произносится даже слово.
В вас есть это пространство. Я стал единым с ним, а вы не едины с ним. Но порой, когда вы движетесь со мной, течете за мной, слышите мои слова, слушаете мое безмолвие, изредка это пространство проявляется. Это мгновения блаженства. В такие мгновения вы получаете первое ощущение Бога. Постепенно вы будете становиться все более способными к этому. Поэтому я продолжаю говорить.