- Я приехал! – Остановил девочку Артём, гордо оповещающим голосом. – Даже и не спрашивай, как всё прошло. – Он шёл вычурно вальяжным шагом, изображая какого-нибудь герцога или педантичного графа. – Ой, подожди, не все вопросы сразу. Я не знаю с чего начать, ну хватит меня расспрашивать. – Девочка молча смотрела на него. – Ну ладно, так и быть, я соизволю ответить на парочку, если кто-то соизволит, их наконец-то, задать. – Не скрывая намёка, подмигнул он.
Маргарита улыбнулась тому, как нелепо он всё это играл. Комичность ощущалась именно в понимании глупости и неудачи шутки, которую он продолжал дотягивать. И чем дольше он это делал, тем смешнее всё, что у него не удавалось, казалось. Девочка только подготовила заученную фразу: «Как всё прошло?» (Точно не помня, что именно прошло), как вдруг мужчина продолжил.
- Ах! Простите мне мою бестактность, я, вероятнее всего, оторвал вас от чрезвычайно важного дела. – Мужчина теперь напрашивался на подыгровку. Он обернулся, витиевато размахивая кистью, как бы не смотря на девочку. – Вы же наверняка стремились в свои покои, дабы насладиться… - Он повернулся обратно и разглядел книгу в руках. – О, нет. И ты туда же!?
Вся его псевдоаристократичность за секунду улетучилась. Девочка отдёрнула книгу за ногу, думая, что это её дневник, но потом вытянула обратно, не желая от него скрывать. За одну короткую фразу она считала всё его отношение к книге, но не понимала причин.
- Что не так? – Уточняя, проговорила она.
- Тебе-то это зачем? – Теперь изображая измученность, заговорил Артём.
- А что? – Насторожилась девочка.
- Тебе не нужно её читать. – Устало продолжил он.
- Почему?
- Есть куча других полезных вещей, на которые стоило бы потратить время, а этот бред тебя ничему не научит. – Закончил он очередной свой урок, желая вернуться к важному рассказу о его сегодняшних удачах.
- Ты уже успел прочитать?
- На прошлой неделе. – Проговаривал он, желая оставить скорее незначительное. – Так вот…
- Почему мне не сказал? – Девочка встревала резко, не давая ему сменить тему.
- А почему я должен был говорить про очередную бессмысленную книжку, прочитанную мной? – Удивился он, столь сильным вниманием с её стороны. – Я читал про бабу в электричке, от которой мир подорвался, голые икры, которые тупыми фильмами якобы воодушевляли толпы подростков или полсотни теней Питера для жирных тринадцатилетних нимфоманок, но ничего же про них не говорил тебе. Что сейчас должно было измениться? – Артём видел не договариваемое ею, но не мог разглядеть, что именно. – Что тебе в ней понравилось?
- Я не прочитала ещё.
- Ну и не надо. – Кивнул он.
- Почему? – Девочка спародировала движение головой.
- Потому что, - Артём стал вспоминать прочитанное, - герой главный, педант, причём сам понимающий своё положение. – Заперечислял он. – Книга, так сказать, не о чём. Он сам же признаёт, что можно было ничего не писать и всё, мол, будет, ну, что описано, только когда само и решится. Эту тавтологию трудно объяснить, но это он сделал грамотно. Непонятно, толи боится ответственности, ну, герой, толи придумал способ, чтобы не получить за свои слова. Автор явно решил похвастаться своими взглядами. Вот вопрос: сам-то он такой? Я сомневаюсь. – Но тут же Артём вскинул руки. – Но так как не могу быть точно уверен в этом, то должен допускать. И если он такой, нам зачем об этом знать? Он сам говорит, что никто не должен никому ничего навязывать, а книга эта рекламируется на каждом углу. Если она такая личная, как дневник, что же он себе её не оставил? Она, может быть, была бы очень хороша, если бы он не издал её или создал, ну, написал и выкинул где-нибудь.
Ну простой пример: представь, что кто-то едет на машине, а он, главный герой, как там его, Кевен? подъезжает рядом и говорит, что у первого отказали тормоза. Но ему не верят, хотя по условиям задачи это так на самом деле. – Артём встал перед девочкой, объясняя на пальцах. – Он предупреждает, что человек разобьётся, но человек его не слушает. Он приводит все необходимые и логичные доказательства, но человек по натуре своей не будет слушать и только высмеет ситуацию. Так вот, он, главный герой, спокойно отъедет в сторону, чтобы его не задело осколками при взрыве машины. – Маргарита подняла брови, и мужчина понял возникший вопрос. – А если бы он силой остановил этого человека и ткнул его лицом в оборванный тормозной шланг, то выживший человек был бы ему всю жизнь оставшеюся благодарен. Может быть, впредь такой человек бы научился слушать. Да, он поступил бы насильно, да, человек его не слушал и сам, можно сказать, добровольно выбрал такой путь, однако, неосознанно. И человек не виноват в том, что он таким стал, виновато только общество, создавшего его таковым.