Когда же «всё случилось», Сашка забыла, как дышать, стонать, она забыла даже своё имя и имя того, с кем она. Она забыла человек она или альв, забыла, сколько ей лет, и где она родилась. Когда же «всё закончилось», Сашка ощутила себя новым существом, неведомой расой, она словно стала сильней или даже умней, или даже — выше.
Она — переродилась.
И сам Лиросол Аэглор Амарор Маэдфанноат Малор Семнадцатый, правитель Девяти Стран и Одиннадцати Государств, расположенных в Третьем Измерении из Семи, подтвердил это.
Он отдал ей половину оставшейся ему жизни и половину своей жизненной силы.
Вскоре жизненные силы Малора Семнадцатого восстановятся, потому что он питает их из земли, воды и воздуха, всего сущего в Третьем Измерении из Семи, а вот мистрис Атеистка питать свои силы может только в самом Малоре.
Схема показалась Сашке довольно простой и удобной.
Они ещё немного поговорили, потом поели, потом ещё поговорили, потом ещё, Малор Семнадцатый ещё раз поделился с Сашкой силой и ещё раз, и, под утро — ещё раз. Откуда Сашка знала, что было утро — Сашка ответить не смогла бы.
— Так, — сказала Сашка, — это всё весело, но мне надо на работу.
— Зачем? — удивился теперь уже муж мистрис Атеистки.
— Потому что мне надо работать, — пояснила Сашка, по её мнению — более чем понятно.
Юлька там с ума, наверное, сходит.
— Ты не можешь вернуться в свой мир, — сказал Семнадцатый.
— Что значит «не могу»?
— Не можешь. Эарбримад Лифедод Канинейл Финлилир Лирос совершил ритуал, ты та, с кем я связан нитями мироздания, ты не можешь. Если ты покинешь пределы Третьего Измерения из Семи, я погибну, но, и это страшнее — ты сама можешь погибнуть.
— Так я здесь навсегда, что ли? Навечно?
— Альвы не живут вечно, — поправил Леголас Семнадцатый.
Ну, конечно, пара-другая тысячелетий — это же не вечность!
И они так бы и припирались, если бы в комнате не возникла женщина в светлом, и что-то не сказала Леголасу. Звук был прерывистый и гортанный.
— Они так и будут появляться без стука? — возмутилась Сашка.
— Прошу прощения, — проговорила, почти пропела, альва в белом, — я бы ни за что не побеспокоила вас во время личной беседы (видимо, спор не был таким уж личным) или забора энергии (о, как!), но Лиросола Аэглора Амарора Маэдфанноата Малора Семнадцатого, правителя Девяти Стран и Одиннадцати Государств, расположенных в Третьем Измерении из Семи, ждут неотложные нужды.
— Я пойду с тобой, — заявила Сашка.
— Я бы не хотел этого, мистрис Атеистка.
— У тебя от меня какие-то тайны? — Сашка нагнула голову и внимательно посмотрела на Леголаса.
— Ты та, с кем я связан нитями мироздания, у меня не может быть от тебя тайн, — проговорил Семнадцатый, пока Сашка надевала платье, протянутое альвой в белом. Платье было ярко-голубым, как и тесьма, которой ей подвязали волосы, как в древней Греции, пока Сашка выговаривала Лиросолу Аэглору Амарору Маэдфанноату Малору Семнадцатому, что это вопиющее безобразие и нарушение прав женщин из других измерений, что им пора бороться за свои права и даже создать профсоюз, который, кстати, Сашка же и возглавит.
Она продолжала возмущаться, пока не поняла, что Семнадцатый переместил их в незнакомую комнату, скорее — террасу, и на небе, наряду с неярким, но полуденным солнцем, светили звёзды и полумесяц. В тёмном же море звёзд не было.
Сашка остановилась, впервые за всё время она почувствовала тревогу, сначала смутную, а потом сильнее и сильнее, она смотрела на ступени, пока не увидела ярко-красное пятно платья, удивительно лёгкого, паутинкой спускающегося вдоль тонкого стана женщины с золотистыми волосами. Зелёные глаза женщины на идеально красивом лице смотрели настороженно, а голову обрамляли маленькие рожки, золотистые.
— Она из Четвёртого Измерения, — услышала она Малора Семнадцатого, но у Сашки было ощущение, что она прекрасно знает эту женщину. Знает… и любит. Что-то тёплое поднялось у неё в животе, когда она смотрела на силуэт, а потом маленькие рожки. Поднялось… и оборвалось острой болью. Сашке стало больно, словно кто-то пнул её в живот. Она почувствовала боль на губе, и только позже поняла, что это Малор укусил себя за нижнюю губу, из которой пошла на удивление обыкновенная кровь.