О письмах его предупредил посыльный, пожилой и очень печальный, которому смерть как не хотелось спускаться с горы, а потом на нее же возвращаться. Даже выданная князем купюра не слишком приободрила беднягу. Дикобраз его прекрасно понимал. Последние дни он провел в предместье, ничуть не страдая от невозможности увидеть город. Ежедневную регистрацию вполне заменила посылаемая наверх записка. Но почта – серьезный повод. Князь, собравшись с духом, поправил шляпу перед маленьким зеркалом, что висело в гостиничном холле, и направил стопы знакомой уже дорогой.
Два конверта, оба вскрыты, причем грубо и неумело. Один заклеен заново, второй так и оставлен. Князь невольно поморщился. Читать письма сразу расхотелось, и он положил конверты в карман пиджака. Что в них, он догадывался. Одно письмо из дому от домоправительницы, матушки Джины, женщины умной и не склонной к многословию. Если и намекнет на нечто важное, то весьма тонко, лишь с третьей попытки и поймешь.
Письмо бывшей супруги читать вообще не хотелось.
Обратный путь, с горки – и вниз, был не в пример легче подъема, и князь даже не смотрел по сторонам. Шел, время от времени поглядывая в жаркое белесое небо, думал, вспоминал. Матушка Джина из семьи потомственных слуг семьи Руффо, чуть ли не седьмое колено. Но дети ее уже избрали иную стезю, и сам он, Алессандро Скалетта, в своей ветви – последний. Опустеет старый дом. Может, на слом и не пустят, но обитать в нем лишь призракам.
Попросить, что ли, Кувалду, чтобы открыл там музей? Над входом повесить герб рода Руффо, в прихожей – батальное полотно: берсальеры под командованием героического капрала причащаются спиртом на Пасху 1918 года. Будущий Дуче в центре, верхом на снарядном ящике, бородат и грозен. Он, скромный берсальер Дикобраз, где-нибудь в уголке. А в небе – аллегория Славы с тяжелым лавровым венком в зубах. Чумба-лилалей, чумба-лилалей, чумба-лилалей! Ла! Ла! Ла!..
Мысли витали далеко, среди неясных теней прошлого, и князь даже не сразу услышал негромкое:
– Ваша светлость! Ваша светлость!..
Возвращение с небес на землю не обрадовало. Знакомая узкая улица, утонувшая между серых скал, одноэтажные дома под черепицей – и черные норы в толще камня. Одна совсем близко – справа в двух шагах. Грубо вырубленный в давние-давние годы проем, тень вместо полога, а из тени…
– Ваша светлость! Можно вас?
Прежде чем шагнуть ближе, Дикобраз оглянулся. Пусто между скалами, собаки – и те попрятались от жары. В каменных глубинах все же прохладнее.
– Добрый день! Могу чем-то помочь?
– Можете, ваша светлость.
Человека он так и не увидел. Лишь неясная тень в темной глубине, ни лица, ни силуэта. Только голос, не слишком молодой, хриплый и неуверенный.
– Вы – его светлость князь Руффо из Рима? Ссыльный? В смысле, интернированный?
Оставалось подтвердить очевидное – и в очередной раз сократить навязшую в зубах «светлость» до «синьора».
Из каменной глубины донесся негромкий вздох.
– А я, стало быть, Клаудио Чедерна. Только никак не синьор, потому как член Коммунистической партии Италии. Три года ссылки с продлением в случае чего.
Князь невольно кивнул. Знакомо! Посочувствовал, однако не слишком искренно. Коммунистов его светлость не жаловал.
– И как вам перспективы классовой борьбы в Матере, товарищ?
– Классы здесь есть, – суровым тоном проговорила тень. – Строго по Карлу Марксу. А вот с борьбой какая-то неясность. Но теоретическую дискуссию мы с вами, синьор, позже проведем, после полной пролетарской победы. Просьба у меня имеется. Не за себя, за парня одного. Мы с ним, извиняюсь, беглые.
Дикобраз вновь окинул взглядом пустую улицу. Стены имеют уши. Оставалась надежда, что камень их лишен.
– Мы не вообще с ним бежали, а с квартиры. И на регистрацию не ходим. Прячемся по норам этим, как, извиняюсь, суслики. А просьба очень простая: напишите в Рим, пусть о нас узнают. Потому как пропадем – и следочка не останется.
Князь даже не удивился.
– А кому сообщить? В министерство внутренних дел? Лично Дуче? Здешний подеста читает всю переписку.
Обещаниям синьора Гамбаротты князь не поверил. Может, и поостережется, но может, и нет, особенно если увидит адрес.