- Он просто чудо, такой милый! У него уже есть кличка? - Лейла обернулась в мою сторону, продолжая поглаживать жеребёнка по белоснежным бокам – окрас ему достался от родителей.
- Нет ещё. Хочешь, назови сама, - тут же предлагаю.
- Можно? - её глаза округлились от удивления.
Я присел рядом с ней.
- Можно, - мне нравится наблюдать, как эмоции отражаются на её красивом лице.
- Мамочку зовут Жасмин, а как отца зовут?
- Норд.
Придвинулся ещё ближе.
- Не просто с такими именами поиграть… - она задумалась ненадолго, улыбнувшись мечтательно. - А может быть Август? В честь месяца рождения.
- Хм… - мысленно прокрутил кличку несколько раз. - Пусть будет Август.
- Правда? - обрадовалась Лейла.
- Почему бы и нет, - я прикоснулся к её ладони, надеясь, таким образом, постепенно приучать к себе, но этот жест вызвал другую реакцию. Девчонка вздрогнула, отдёрнула руку и поникла, опустив голову.
- Арслан, отпусти меня… - жалобным голосом сказала она.
Ответить я не успел, хотя и так ясно каким будет ответ – не отпущу, а как родит – не уйдёт тем более, как мать не сможет оставить ребёнка. В конюшню забежала запыхавшаяся Фидан.
- Господин?
- Что случилось? - я выпрямился.
Она косится на Лейлу, показывая, что при ней не хочет говорить.
Мы отошли в сторону.
- Ваша жена, - Фидан бросила короткий взгляд на девчонку, а потом пояснила, - ваша первая жена просит прийти.
- Ей плохо?
- Нет, всё в порядке. И она даже хорошо поела. А вот зачем зовёт, не сказала, но что-то срочное, как я поняла.
- Лейла не должна узнать о Мелике, как и заходить в правое крыло дома, чтоб случайно не наткнуться на неё, - если учесть, что долгое время моя жена не покидает пределы своей спальни, то их встреча практически исключена, но всё-таки лучше увезти её в город.
- Хорошо, поняла вас. Позабочусь об этом.
- Сейчас приду.
Фидан ушла.
Интересно, что Мелике понадобилось? Давно такое было, чтобы жена сама звала к себе. С ней даже разговаривать о чём-то бессмысленно, ведь она либо молчит, глядя в одну точку, либо отвечает односложно – да, нет, не знаю. Всё наше общение сводится к пожеланиям с добрым утром и спокойной ночи.
***
Я отвёл Лейлу в комнату. Дверь запер на замок.
И сразу направился к жене.
- Мелика?
Она стояла перед раскрытым окном, жадно вдыхая свежий воздух. А стоило её позвать, резко развернулась, широко улыбнулась, подбежала ко мне и прижалась к груди.
- Любимый… любимый мой… как же я по тебе соскучилась…
«Любимый? Соскучилась?» - последний раз слышал такие слова почти два года назад, но едва ли чувствую то же самое к ней. И обнимать не хочу.
- Как у тебя дела? - придерживаю её за локти.
- Арслан… - Мелика слегка отстранилась и внимательно посмотрела, а глаза блестят нездоровым блеском.
- Зачем ты звала?
- У нас будет сын!
«Что за бред она несёт? Неужели, рассудком тронулась?» - только этого не хватало.
- Какой сын? Ты не можешь… - если сын и будет, то у меня, а не у нас.
- Я видела сон, - она схватилась за мою рубашку. - Ты держал на руках спящего малыша, баюкал его, целовал, называл Кемалем… всё, как хотел, мечтал когда-то...
- Это просто сон.
- Нет! Это больше, чем сон!
Мелика закричала, а потом её затрясло крупной дрожью, и она стала задыхаться…
***
Давно такого с ней не случалось…
Первые приступы появились сразу после смерти дочери, и тогда жене поставили диагноз «эпилепсия». Уже отвык, как это бывает, что любая сильная эмоция может привести к нервному перенапряжению, и как результат – припадок. А мысли о ребёнке не дают покоя, и обычный сон подарил глупую надежду на материнство…