— Они правы, — улыбнулся я широко.
Поцеловал любимую в щечку. Чмокнул в носик Вареньку, на руках у Лиры. И обернулся к офицерам.
— И когда же господам угодно провести дуэли?
— Завтра в семь утра, — первым сориентировался лейтенант.
— В семь тридцать, если вы ещё будете живы, — не отстал от него унтер.
— Восемь.
— Полдевятого.
Почти хором ответили мичманы.
— Насколько назначишь, — хмыкнул старлей, — но я бы предпочёл завтра, чтобы до аукциона управиться.
— Ничего себе, — усмехнулся я, — чувствую себя известным Гасконцем.
Поднял руку и стал указывать пальцем на офицеров:
— Принято, принято, — я тыкал в будущих противников, — принято, принято, отказ, — отмахнулся ладонью от старлея.
— Зассал? — хмыкнул старлей, — а в книге, д’Артаньян принял все вызовы.
— А я не говорил про книгу, — улыбнулся в ответ, — про анекдот, где все вокруг не мушкетёры.
Родион в углу фыркнул. Прикрыл рот ладонью….
— Что вы себе позволяете⁈ — первым возмутился унтер, видимо, тоже вспомнил анекдот. — Где ваши манеры, лейтенант?
— Господин лейтенант, — перебил я его, и посмотрел на мичманов так, что они проглотили готовые сорваться с губ слова. Затем вернул взгляд на унтера и снова указал на него пальцем: — а где твои манеры? Припёрся ранним утром. Не дал позавтракать. И как тебя называть? Мушкетёром?
— Господин лейтенант, — обрёл голос один из мичманов, но я оборвал его взмахом ладони и продолжил буравить взглядом унтера.
Его лицо залилось красным. Взгляд зашарил по сторонам. Пытался найти поддержку товарищей, но….
Никакие они ему не товарищи, понял я. Мичманы сами потерялись, и сделали вид, что мимо крокодилы, а летёха и старлей лишь ухмыляются. Вот с этими двумя и будет сложней всего. Если те трое молоды, близки к моему возрасту, то эти намного старше. Летёхе лет двадцать пять, а старлею, возможно, все тридцать. Опасные типы. Так, что-то ожидание затянулось.
Отвлёкся от размышлений и помог мнущемуся унтеру:
— Отвечать!
— Все пошли, и я пошёл, — промямлил унтер, вздрогнув от неожиданности.
— Туров, хватит ломать комедию, — не успел я ответить, как в разговор вмешался старлей. — Вызывай меня.
— Да я и рад бы, — состроил грустное лицо, — но не могу, правила мешают.
— Какие правила? — удивился старлей.
— Математические, — хмыкнул я, и, поймав его недоумевающий взгляд, добавил: — дуэльные, конечно же. Хочу выбирать оружие, а это может только тот, кого вызвали.
— Так сразу бы и сказал, — улыбнулся старлей и тут же подбоченился: — при свидетелях и на видеозапись заявляю, если Туров Ростислав Драгомирович меня вызовет, то отдаю ему моё право на выбор оружия.
— Принято, — кивнул я, — тогда вызов брошен, Вы оскорбили мою даму своим вниманием.
— Принимается, — ощерился старлей, — до встречи завтра утром, скажем….
— В каком смысле завтра? — протянул я удивлённо, — время, как вызвавший, согласно дуэльному кодексу, назначаю я. Так что, — я прикинул в голове, когда выходит срок по правилам дуэльного кодекса, — встретимся пятого января, в полдень.
— Не понял….
— Вы ему право отдали, а не обменяли, — хмыкнул летёха, выиграв в моих глазах титул самого опасного, потому что умный и молчал.
— Ржавый тесак мне в ножны, — проворчал старлей, но тут же приободрился, — ничего, Туров, будем считать, что это тебе на подготовку. Только не вздумай сбежать.
— Не волнуйтесь, господин, старший лейтенант, — оскалился летёха, — я постараюсь, чтобы ваша дуэль не состоялась.
— Пол БК мне в разгрузку, — выругался Гвоздь по инфопланшету, — Рос, не ожидал от тебя такой подставы.
— В смысле? — удивился я, его словам.
Я знал, что он позвонит, но не так скоро. Мы только завтракать уселись. Видимо, противники по дуэлям связались с ним сразу же, как покинули пансион.
— В прямом, — буркнул Анджей, — Пацаны меня порвут за оказанную честь. Четыре же дуэли, выбери из ребят ещё троих секундантов, а?
— Да ё-моё, — улыбнулся я в инфопланшет, — нашёл, на что ругаться. Бери всех желающих в команду и всё. По старой схеме.
— Ладно, — лицо Анджея на экране расслабилось, — с этим разберёмся, но ты в курсе, что противники подали прошение рассмотреть поединки не по армейскому кодексу, а по аристократическому.
— Хотят бой до смерти, — кивнул я, — ожидаемо. Их уже послали?
— А должны? — нахмурился Гвоздь, — если в империи нет военного положения, то такие запросы, обычно, удовлетворяют.