Пчёлы загудели сильнее. Кажется, где-то в размышлениях я наткнулся на что-то стоящее. Но осмыслить не успел.
— Ростислав, нам нужно ваше с Лирой согласие, — Растеряшев потянулся за инфопланшетом. — Сейчас нужно, Ростислав.
Глава 24
— Значит, нас пригласят на переговоры? — спросила Лира, играя с Варенькой на диване.
— Ага, — я улыбнулся, глядя, как доченька машет ручками и смеётся.
— И целый эсминец нас прикроет?
— Ага, — я осмотрел инфоплашет Любимой, отложил его в сторону и полез в комнатный сейф.
— И на борту будет целый батальон морпехов?
— Ага, — достал из сейфа новый инфопланшет и включил его.
— А врагов уже полбатальона, и ты думаешь, что может быть и больше?
— Ага.
— Это похоже на войну.
— Да.
— И они утверждают, что нам ничего не грозит?
— Да, — экран гаджета загрузился.
— Но тебя что-то волнует, и мучают дурные предчувствия.
— Да.
— И всё это, только, если мы согласимся?
— Именно.
— И что ты сказал?
— Согласился, — пожал я плечами.
— Хорошо, — кивнула Лира, — но Варю мы с собой не возьмём.
— Конечно, нет, — я установил защищённое соединение на новом инфопланшете. Включил шифрование. В чате появилось сообщение: «Солист на месте».
— Ростик, — Лира подняла голову от дочери, и посмотрела на меня, — а с кем она здесь останется? Кто её защитит?
— О, — хмыкнул я, — не волнуйся, я договорился насчёт няни. Варя будет в безопасности.
— Нет, это неприемлемо. Туров, ты издеваешься?
— Никак нет, — произнёс я, и Меньшов хмуро на меня посмотрел. — Она просто посидит с Вами.
— Нет, — отрезал Валентин Севович, и на меня дохнуло его силой.
— Ваше высокопревосходительство, если сделаем всё быстро, Вам её, даже кормить не придётся, — продолжал я, стоя перед его столом. Рядом, вытянувшись по струнке, прикинулся ветошью Растеряшев.
— Туров, я сказал…
— Валентин Севович, — улыбнулся я, — Вы же собираетесь принять участие в операции?
— Да, — насторожился Меньшов,
— Но фигура Вашего масштаба не может скрытно покинуть своё место. История с губой, — я развёл руками, — не в счёт. Там всё тщательно планировалось. А в условиях передвижения по планете за Вами будут наблюдать все. Особенно, когда на составление плана ушло меньше получаса.
Меньшов напрягся. Насупился. Упёрся руками в подлокотники и стал подниматься с кресла.
— Туров, я решающий фактор…
— Несомненно, — я примирительно выставил ладони вперёд, — и у вас будет самое ответственное и сложное задание: присмотреть за Варей.
Меньшов покачал головой, будто осознал, что говорит с идиотом, и рухнул обратно.
— Валентин Севович, — я заметил брешь в обороне и усилил напор, — Вы спасли жизни десятков людей на курорте столицы, в том числе и мою. Теперь я прошу защитить мою дочь…
— Туров…
— Я буду рисковать жизнью, моя жена будет рисковать жизнью, мы не сможем быть рядом с ней.
— Туров…
— Как мы можем выполнять задание, если мысли наши будут с Варенькой? Нам просто необходима нанобетонная уверенность, что она в безопасности.
Я закончил спич и судорожно вдохнул. В голове аж помутилось от недостатка кислорода.
— Ты закончил? — спросил Меньшов, буравя меня тяжёлым взглядом.
— Могу продолжить, если надо, — улыбка у меня вышла блеклой. Сам это почувствовал. Но, я и, правда, был готов продолжать. — Только представьте…
— Не надо, — качнул головой Меньшов, — я согласен.
— … Как Вы… эм, хорошо, — кивнул я, замолкая, но затем добавил: — благодарю, Ваше высокопревосходительство.
— Свободны, — буркнул Меньшов и зыркнул на Растеряшева, — готовьтесь.
Полковник, как стоял, проглотив стальной шест, так и развернулся вокруг его оси, и, деревянной походкой, пошёл на выход. Я проследовал за ним.
— Туров, ты страшный человек, — сказал он мне в приёмной. — Прогнуть Меньшова не смог даже Разумовский старший.
— Да я не…
— Пойдём работать.
Воспоминания о разговоре пронеслись, как кино в ускоренной перемотке. Я выключил секретный инфопланшет и разломил его на две части. Подцепил ногтём процессор и засунул его, вместе с обломками, в небольшой контейнер из сейфа.
Автоматика пискнула, и внутри контейнера остался лишь пепел, который я смою в унитаз.
— Это то, о чём я думаю? — спросила Лира.
— Да, — улыбнулся я.
— Я верю в тебя, — она протянула ко мне руку, и я, взяв её ладонь в свою, подошёл к ней и обнял.