Когда до вожделенной казармы оставалось еще версты четыре, показалась стоящая на обочине дороги телега, запряженная каурой лошадью. По мере приближения Алекс с удивлением узнал ротный транспорт, купленный солдатами из артельных сумм. Возницей оказался недавно избранный ротный артельщик.
– А ты здесь как? – удивился Алекс.
– Здравия желаю, господин лейтенант! Меня господин фельдфебель послали. Сказали, езжай, Амтип, встреть роту, а то некоторые точно до конца не дойдут. Вот я и поехал.
– Ладно.
Лейтенант повернулся к роте, с надеждой поглядывавшей на телегу.
– От каждого взвода по пять ранцев разрешаю сложить на повозку. Охотничьей команды приказ не касается.
Надо сказать, что артельщик со своей повозкой появился исключительно вовремя, некоторые солдаты уже готовы были упасть. К удивлению Магу, до самой казармы отставших не было, дошли все, хотя количество ранцев на повозке утроилось, а после финиша почти половина роты легла там, где остановилась. Поднять некоторых удалось только спустя полчаса. Солдаты остальных рот собрались поглазеть на невиданное зрелище, пока Алекс не разогнал их.
Не успели солдатики разойтись, как появился подполковник Толстокряков в компании еще с тремя офицерами. Глянув на открывшееся зрелище, комбат сделал Алексу выговор:
– Разве же так можно, лейтенант? Совсем вы солдатиков загнали.
– Не вижу другого выхода, господин полковник. Через две недели им в горы идти, а затем с ходу в бой. Лучше пусть сейчас на землю лягут, чем потом в землю. Завтра пусть отдохнут, а послезавтра повторим марш.
Подполковник на это только головой покачал, но вмешиваться не стал. Те из солдат, кто услышал слова лейтенанта, тихо застонали. В охотничью команды шли добровольцы, и была возможность отобрать физически крепких и хорошо подготовленных солдат, в роте же всякого народа хватало, в том числе и слабосильного. А в горах артельной телеги не будет, все имущество и всех отстающих придется тащить на себе.
Оставшиеся до выхода недели были заполнены весьма интенсивными тренировками и пролетели очень быстро. За три дня до намеченной даты Алекс дал роте возможность отдохнуть и прийти в себя. К этому же времени прибыли обещанные Новославским орудия и двуколки с боеприпасами. Командовал артиллеристами молоденький лейтенант, выпущенный из училища только этим летом. Более опытные офицеры благоразумно предоставили возможность отличиться своему молодому коллеге.
Сами пушки Алексу понравились, дедушкины конструкторы, инженеры и рабочие потрудились на славу. Первые руоссийские четырехфунтовки со стальным стволом. Они имели заряжание со стороны казны, поршневой затвор и пружинный тормоз отката, заодно выполнявший и роль накатника. А самое главное, орудия были сконструированы под унитарный выстрел с цилиндрической гильзой.
– Хорошо тренированный расчет может сделать до двенадцати выстрелов в минуту! – Судя по всему, артиллерист искренне гордился этим достижением.
– Меня больше волнует, – остудил его Магу, – как ваши артиллеристы осилят переход по горам.
– Должны осилить, мы ведь пешая полковая артиллерия!
Артиллеристы, даже полковые, всегда свысока посматривали на своих однополчан пехотинцев. В артиллерию отбирали солдат поздоровее и посмышленее. Да и артиллерийские офицеры считали себя выше пехотных. Экзамены в артиллерийские училища были серьезнее, и учились они на год дольше, чем кавалеристы, пехотинцы и саперы.
– Хорошо, – подвел итог Алекс, – дойдем – увидим. Через два дня, в семь утра выступаем.
Глава 11
Джибута лепилась к склону неприступной скалы. С одной стороны, очень удачная позиция для обороны. С другой – настоящая ловушка для оборонявшихся, дорога к селению была только одна, а ее рота лейтенанта Магу перекрыла в первую очередь. Отдельные смельчаки могли попытаться проскочить в темноте через горы, поэтому Алекс планировал закончить операцию засветло.
Внезапности достигнуть не удалось, да никто на нее и не рассчитывал. За идущей в глубину горного массива ротой, похоже, присматривали с самой переправы через Темерюк. Трижды солдат обстреливали на марше. Но каждый раз огонь велся с очень большой дистанции. Сделав несколько выстрелов, стрелки тут же уходили, не давая солдатам возможности сблизиться с ними и поквитаться. Впрочем, и потери от их действий были невелики, всего двое легкораненых.