Закончив очередной подъем, с которого дорога просматривалась почти на версту, лейтенант догнал идущего первым Фелонова.
– Почему нам до сих пор никто не встретился?
– Время уже позднее, – ответил унтер, – перевал вот-вот закроется. Вот и не идет сюда никто, если только кому-то очень надо быстрее.
– Кто бы ни встретился, ты знаешь, что делать.
Фелонов кивнул.
– Только без стрельбы.
Левая рука унтера легла на рукоятку тяжелого солдатского тесака.
Уже в сумерках солдаты вышли к развилке двух дорог. Фелонов остановился, стянул с плеча винтовку и оперся на нее, ожидая подхода отставших. Рядом с ним остановился Алекс, дыханием попытался согреть кисти рук, сожалея, что не догадался прихватить перчатки.
– Все, дальше можно не идти, – сообщил унтер-офицер. – Отсюда на перевал идет только одна дорога.
Только сейчас Алекс почувствовал, насколько же он устал, казалось, что дальше невозможно сделать и шага. Поэтому он с затаенной радостью согласился.
– Хорошо, остаемся здесь. Утром выберем место для засады.
Утром Фелонов буквально на коленях прополз по дороге и вынес вердикт:
– Большого каравана не было давно. По крайней мере, с последнего дождя, а он был недели две назад.
– Успели, значит, – облегченно вздохнул рядовой Игнасов.
Лейтенант осмотрел место будущего боя и обернулся к своему помощнику.
– Что скажешь?
– Хорошее место, – ответил Фелонов. – Спуск крутой, еле идти будут, обратно не развернутся – узко. Внизу перед подъемом скопятся.
Последнее было особенно кстати, учитывая малочисленность нападавших.
– Я думаю разместить стрелков на противоположном склоне. Как думаешь, не далековато будет?
– В самый раз, господин лейтенант. Тут полторы сотни шагов, бить можно на выбор, но у нас будет только один залп. Потом они попрячутся за камнями, а стволов у них будет втрое, а то и вчетверо против нашего.
– Правильно, – подтвердил Алекс, – попрячутся за камнями. Меня и Ивасова с вами не будет, командовать будешь сам. Постарайтесь в первом залпе выбить сразу шестерых, после этого можете стрелять хоть в воздух. Дальше наступит время моего сюрприза. Надо поднять оба вьюка и патронные ящики вон на тот карниз.
Унтер прикинул пути выполнения поставленной задачи.
– Тяжело будет.
– А я и не говорил, что будет легко.
Через два часа таинственные вьюки и два патронных ящика были подняты на выбранное лейтенантом место.
– После боя надо будет быстро спустить их отсюда, – предупредил подчиненного лейтенант, – но тогда они будут немного легче.
– Спустить всегда проще, чем поднять, – откликнулся Фелонов. – А обзор отсюда хороший, дорога как на ладони. Может, здесь засаду разместим?
– Нет, – отбросил предложение унтера лейтенант, – для восьмерых здесь тесновато будет. К тому же мне надо, чтобы бандиты развернулись вдоль каравана, а не попрятались за лошадьми. Да, и постарайтесь сохранить лошадей, они нам пригодятся. Все, действуй, в любой момент Хамиди может нагрянуть или кто-нибудь еще.
– Есть.
Фелонов и солдаты начали спуск с козырька. Алекс и Ивасов приступили к распаковке вьюков.
Глава 4
Засада была готова уже часа в четыре, когда на перевале появился старик верхом на ослике. На крутом подъеме ослик встал, отказываясь идти дальше. Старику пришлось слезть с седла, самому вскарабкаться наверх, ведя ослика в поводу. Потом он долго отдыхал, восстанавливая силы. В отличный вейсовский бинокль было хорошо видно, как вздымается грудь старика, тяжело ему давался Тарусский перевал. Старик вздрогнул, взгляд его метнулся в сторону засады. Алекс ничего не слышал, но, видимо, кто-то из лежащих в засаде солдат неловко двинулся, металл звякнул о камень, а старый хрыч уловил-таки характерный звук. Лейтенант занервничал, в этом случае отпускать старика нельзя. Между тем дед влез обратно в седло, и ослик послушно начал неторопливый спуск. Лейтенант перевел бинокль на засаду и увидел, как поднялся унтер-офицер с кем-то из солдат, и две серые фигуры скользнули наперерез. Алекс облегченно вздохнул, за сохранение тайны можно не беспокоиться.
Караван появился к вечеру, когда его почти перестали ждать. Лейтенант поднял к глазам бинокль. Три десятка вьючных лошадей, дюжина человек охраны с самим Хамиди во главе. Вроде все так, но что-то в этом караване было неправильное. Алекс не рискнул еще раз взглянуть в бинокль, чтобы рассмотреть подробности. Опасался, что бандиты заметят блик закатывающегося за белоснежные вершины солнца.