Лейтенант, наконец, вытащил револьвер, но теперь не знал, что с ним делать. На всякий случай решил оставить его в руке, вдруг еще кто-нибудь «оживет». Взвалив на унтера самую грязную часть работы, офицер вернулся к карнизу. Солдаты уже спустили вниз саму картечницу и сейчас возились с трехногим лафетом. Оставались еще патронные ящики.
– Быстрее, быстрее, – подогнал подчиненных Алекс и, чтобы дополнительно простимулировать их, добавил: – Остальные бандиты могут быть здесь в любой момент.
Когда картечницу и патронные ящики уже взгромоздили на приведенных лошадей, подошел Фелонов. Деловито стер с клинка кровь и вернул тесак в ножны.
– Готово, господин лейтенант.
Алекс заметил, что унтер как-то подозрительно спокоен.
– Я когда первый труп увидел, меня чуть не стошнило, до сих пор мутит, а ты будто покурить отходил.
– Вы у Хамиди меньше двух месяцев гостили, да и обращались с вами прилично, а я за три года многое на своей шкуре испытал и еще больше насмотрелся. Тот же Валид при мне Закарину ноги отрубил. Поэтому мне что покурить, что этой сволочи глотку перехватить – никакой разницы.
Такого от Фелонова Алекс не ожидал, но разбираться в психологии унтер-офицера было некогда. Ивасов доложил, что все готово к началу движения. Одну лошадь в перестрелке убили, вторую серьезно ранили, и ее пришлось пристрелить. Но все равно на восемь человек пришлось тридцать с лишним лошадей. Лейтенант тоже стал коноводом.
До темноты успели пройти всего пару верст, может, чуть больше. Зато на месте, выбранном для ночевки, была вода. О корме для лошадей люди Хамиди позаботились, но солдатам пришлось их разгрузить, дать овес и воду, потом стреножить, чтобы ночью не разбрелись.
Всю ночь часовые прислушивались, нет ли погони, но темная ночь не принесла неприятных неожиданностей. С рассветом бивак ожил, кормили лошадей, навьючивали ящики, наконец, тронулись в путь, когда солнце было уже довольно высоко. Каждая пройденная верста приближала к желанной цели – безопасному левому берегу. Одновременно с каждым часом росла тревога, пропажу каравана с оружием могли обнаружить в любой момент и начать искать. Хотелось увеличить скорость движения, но лошадь – скотина нежная. Это человек может тащить на себе непосильный груз, невзирая на голод, холод и усталость. А на лошадь лишнего не взвалишь, больше восьми-девяти часов в сутки она работать не будет, и кормить ее надо три раза в день как минимум.
Эти мысли посещали не одного Алекса. Во время обеденной кормежки лошадей к нему подошел Фелонов с предложением:
– Может, спрячем оружие где-нибудь здесь и уйдем налегке?
Лейтенант отрицательно покачал головой.
– Раз уж не удалось добыть голову Хамиди, надо привезти оружие. Я могу вернуться с пустыми руками, мне все спишут, а вам – нет. Поэтому нам нужен результат, весомый и зримый. Две сотни винтовок будут в самый раз.
На третий день караван вышел в предгорья. До Темерюка уже было рукой подать, оставался последний рывок. Между тем напряжение достигло максимума. Все понимали, что такое количество лошадей с грузом незаметно провести невозможно. Это только кажется, что горы пусты и безжизненны, наверняка их уже обнаружили. Не выдержав, лейтенант приказал идти к переправе напрямую, плюнув на скрытность.
Эта авантюра принесла неожиданный успех, в четыре часа пополудни впереди блеснула долгожданная гладь воды.
– Карагоев, бери запасную лошадь, скачи к переправе, разводи сигнальный костер. Камыша сырого кинь, чтобы дымило посильнее.
Когда первые лошади достигли оговоренного места, дым шел не меньше четверти часа, но лодки так и не появились. Даже внешне невозмутимый Фелонов начал нервничать.
– Они там спят, что ли?
Наконец из плавней левого появилась лодка. Алекс прикинул, что с помощью этой посудины переправа растянется не на один час, никто не рассчитывал, что добыча окажется такой большой, но менять что-либо было уже поздно. С первой лодкой на левый берег отправились четыре ящика с винтовками и двое солдат, чтобы было кому заняться разгрузкой оружия. За лодкой плыли две лошади. Фелонов проводил лодку взглядом.
– Быстрее надо бы, так до ночи провозимся.
Алекс тревогу унтера разделял, вот только способа решить проблему не видел.
– Ты знаешь, где взять вторую лодку?
Фелонов в ответ промолчал. Лейтенант поднял к глазам бинокль и начал рассматривать дорогу, по которой они сюда пришли. Его внимание привлекло крохотное белое пятнышко. Подстроив фокус, Алекс понял, что это пыль, поднятая скачущими по дороге всадниками. И они быстро приближались, офицер уже мог рассмотреть отдельных людей и лошадей.