Приняв рапорт лейтенанта Магу, полковник повернулся к солдатам охотничьей команды и поздоровался. В ответ раздалось почти дружное:
– Здрав-жел-ем-гос-дин-пол-ков-ник!
За спиной командира полка облегченно вздохнул Алекс, ответили вполне прилично. В плане строевой подготовки охотничья команда выглядела провально на фоне остальных рот. И подтянуть строевую не было никакой возможности, половину охотников пришлось набирать заново, и сейчас «старики» усиленно натаскивали их в стрельбе, длительных маршах, штыковом и рукопашном бое, хотя и сами умели немногим более, чем солдаты обычных линейных рот.
– Вольно, – разрешил Новославский.
Лейтенант продублировал его команду.
– Продолжайте, лейтенант, не обращайте на меня внимания, я просто поприсутствую.
Присутствие большого начальства всегда сковывает. Приказано внимания не обращать, а все время так и хочется оглянуться и посмотреть, чем начальник занимается и какое впечатление ты на него производишь. К большому удивлению Алекса, полковник Новославский не просто присутствовал, он учился. Под конец, когда солдат вывели на огневой рубеж и выдали по три патрона, полковник обратился к Алексу:
– А еще одной винтовки для меня у вас не найдется?
– Найдется, господин полковник. Фелонов! Отдай винтовку господину полковнику!
Взяв оружие в руки, командир полка как бы взвесил винтовку в руках. Затем полковник неожиданно взял ее «на караул», проделал еще несколько ружейных приемов. Судя по всему, остался доволен. Еще бы, «шапсо» весила в полтора раза меньше той же «крейзе» или руоссийской дульнозарядной винтовки.
– А штык к ней есть?
– Только опытный экземпляр, но скоро должны поступить еще.
Новославский открыл затвор, повторил приемы заряжания и разряжания.
– Разрешите выполнить упражнение по стрельбе?
Не ожидавший такого вопроса, Алекс на секунду замешкался.
– Конечно, господин полковник, в последней тройке.
Тридцатипятилетний полковник живот отрастить еще не успел. Изготовку для стрельбы принял почти правильную, успел посмотреть, как стреляют солдаты.
– Ноги не напрягайте, господин полковник, и приклад к плечу плотнее.
Несмотря на существенно меньший калибр, синяки на плече «шапсо» оставляла немаленькие.
– Полковник Новославский к стрельбе готов!
– Огонь! – разрешил Алекс.
Выпустив три пули, полковник продемонстрировал пустой патронник, поднялся и вернул винтовку Фелонову.
– Хорошая винтовка, побольше бы нам таких. Ну что, пойдемте, посмотрим результаты.
Все три пули попали в мишень, но в нарисованный на ней силуэт – только две.
– И как вы оцениваете мой результат, лейтенант?
– Для первого раза из незнакомой винтовки неплохо.
– И только-то?
Алекс подвел полковника к солдатским мишеням. К счастью, оба рядовых не подвели, все пулевые пробоины были в силуэте, и кучность была лучше.
– Убедили, – хмыкнул Новославский. – И что, в вашей команде все так стреляют?
– Только новички, остальные выполняют данное упражнение на шестьсот шагов. У «шапсо» легкая пуля имеет намного большую скорость, а следовательно, и настильность траектории. Поэтому из нее попасть намного проще, чем из нашей винтовки, к которой вы привыкли, господин полковник.
– Не умеете вы льстить начальству, лейтенант.
Алекс не удержал свой язык и ляпнул:
– А зачем?
– Да, действительно, незачем. – Командир полка несколько секунд рассматривал Алекса, как будто выискивал в нем какой-то изъян или подвох. – Отправляйте солдат обратно в расположение, а мы с вами пройдемся, по дороге и поговорим. Для вас есть новости, лейтенант.
Новостей было две. Первым делом полковник сообщил, что вышел императорский указ о награждении лейтенанта Магу орденом Владислава третьей степени с мечами и Анненским крестом.
– Не припомню такого, чтобы армейский лейтенант меньше чем за год после выпуска из училища был награжден двумя орденами.
Случай был, действительно, выдающийся. Красный Анненский крест получить было относительно несложно, достаточно поучаствовать в какой-нибудь небольшой перестрелке и хотя бы пару раз пальнуть в сторону неприятеля. Некоторые офицеры даже непочтительно называли его «Анькой», но это были по большей части те, кто и его не имел. С орденом Владислава все обстояло иначе. Восьмиконечная звезда на бело-синей ленточке, даже третьей степени, давала некоторую прибавку к жалованью, а потом и пенсии. Потому и являлась объектом вожделения всех бедных чиновников и офицеров. Но и раздавали их весьма туго. Военному надо было непременно проявить личную храбрость, подвергнув свою жизнь серьезной опасности.