За окном занималась алая заря. Ложиться спать было уже поздно, значит, нужно провести этот день с пользой. Наведаться к лекарю, посмотреть здешние лекарства и травы, проштудировать библиотеку. В общем, планы были наполеоновские.
- Наведайтесь к лекарю днём. Оцените обстановку. - Озвучил мои мысли император.
Я кивнула и, помявшись немного, направилась к выходу. Остановившись у двери, я обернулась, задав, наконец, очень важный и волнующий вопрос.
- Зарплата какая будет?
- Что? - Удивлённо переспросил венценосец. О-о, ну, конечно, это же дремучее средневековье.
- Я за бесплатно работать не буду. И нужно будет составить договор.
- А у вас цепкая хватка, леди Джейн, - усмехнулся император. - Вот сами с лекарем и будете разбираться. Я вам не жалобная книга.
Проглотив рвущуюся на язык какую-нибудь мерзкую остроту, я неловко изобразила реверанс и выдала.
- Благодарю-с, ваше императорское величество. - Сарказм в моем голосе был почти осязаем.
В общем и целом, все началось довольно неплохо. Вернувшись в свои покои, я обнаружила на кровати свои чистые вещи, а в стенном шкафу появилось несколько сменных платьев, что приятно удивило.
Очень хотелось надеть свою родную одежду, но, как я успела заметить, высокородные дамы брюк здесь не носят, а раз к моему вымышленному имени теперь негласным образом добавилась приставка "леди", то нужно было соответствовать. А довести до инфаркта местных обитателей я всегда успею.
Поэтому, ворча, я переоделась в платье, заплела простую косу и была готова явить себя миру. Убрала вещи в рюкзак, а рюкзак затолкнула поглубже в шкаф, во избежание, так сказать.
Солнце к тому времени почти взошло, и я решила не откладывать дела в долгий ящик и наведаться к лекарю.
Служанка повела меня в подземелья, и чем ниже мы спускались, тем меньше мне это нравилось.
Наконец, когда солнечный свет и вовсе перестал проникать на эти этажи, мы остановились у тупика, который оканчивался дверью. Сделав книксен, служанка упорхнула по своим делам.
Я, зябко передёрнув плечами, громко постучала в дверь.
Мне открыли не сразу. Сначала за дверью послышалась возня, шарканье и приглушённое бормотание. После чего передо мной появилось хмурое лицо жуликоватого лекаря. Черные маленькие глазки подозрительно забегали.
- Чего вам, леди?
- Приказом его императорского величества я назначена вам в помощники. - Самолюбие не дало произнести слово "ученики", не думаю, что уровень моих знаний будет ниже, чем у местного Асклепия. - Надеюсь, мы с вами сработаемся, коллега. - Преувеличенно бодрым тоном закончила я и, не дожидаясь приглашения, оттеснила его от двери и проскочила в лабораторию.
Судя по тому, что позади раздалось недовольное ворчание, но в лицо мне ничего так и не предъявили, лекарю уже обо всем доложили. И, видимо, он был не очень этому рад. Я, собственно, тоже не в восторге.
Лаборатория представляла унылое зрелище. Улыбка быстро сползла с моего лица. Я внимательнее оглядела помещение. Полутемная каморка, освещённая несколькими свечами, с копотью на стенах. Вдоль стен уместились деревянные пыльные полки со всевозможными банками из которых на меня глядели части тел, мертвые диковинные животные и какие-то уродцы. Тоже мне, кабинет редкостей.
На столе у лекаря царил хаос и бардак. Стояли старые тарелки, какие-то листы и документы были свалены в одну кучу, тут же рядом булькало зелье в котелке. В углу копошились мыши.
Нет, определенно, в таких условиях я работать не буду. Я посчитала это ниже своего достоинства.
По позвоночнику пробежала дрожь отвращения и брезгливости. Лекарь истолковал мое недовольное выражение лица по-своему и оскалился.
- Вы правы, что такой утонченной леди делать в таком злачном месте, - ехидно пропел он, в надежде избавиться от навязанного гостя. Но нас так просто не проймешь!
- Вы неправильно бальзамируете, - произнесла я, сделав вид, что не услышала его реплики. Подойдя ближе к банкам с черной гниющей массой, я аккуратно постучала ногтем. - Раствор должен быть бледно-желтого цвета, с немного розоватым оттенком. А лучше всего бесцветная студенистая жидкость. А у вас тут во всю пошли процессы гниения.
- Можно подумать, вы много понимаете в искусстве врачевания. - Конечно, никому не понравится, когда его учит жизни какая-то мелочь пузатая. Ну, что же это такое! Почему я не могла остаться в своем взрослом теле? Юность это, бесспорно, замечательная и прекрасная пора, но когда ты молодая девушка, в большинстве случаев к тебе будут относиться предвзято. Мне пришлось с этим столкнуться на заре своей карьеры ученого. И плевать все хотели на твой диплом с отличием. Неужели, все опять повторится?