- И... И почему они подозревают графа?
- Я не знаю. В воспоминаниях Илема не было ничего, что связывало бы Эдмунда с убийством.
- Погоди... В воспоминаниях? Это как?
- Моя магия заключается в том, что я могу ненадолго возвращать человека к жизни. Хотя, возвращать - это громко сказано. Я "возобновляю" работу мозга. Труп при этом открывает глаза и начинает шевелить губами, словно бормочет, в это время я считываю последние предсмертные образы, возникающие у него в голове. Но это длится недолго, без возможности повтора, да и работает на относительно свежих и целых трупах. Вот я и помогала императору с расследованием.
- А я, - нервно усмехнувшись ответила, - просто химик...
- Но это звучит солидно. - С уважением покивала головой княгиня.
- На фоне ваших возможностей, мои способности - детский лепет. - Ответила я. - И все же, если ты уверена, что граф невиновен, почему не сказала об этом императору?
- Я и сказала, но он меня даже слушать не стал. Да и Эдмунд... Совсем не сопротивлялся своему аресту... Это не в его характере... У него обострённое чувство справедливости. Оба, что граф, что император какие-то странные сегодня.
- Что-то тут нечисто. Я всегда считала графа Триоли - одним из ближайших доверенных лиц императора.
- Все верно, поэтому я и пришла к тебе с просьбой. Поговори с ним.
- С императором? Да он же не станет меня слушать.
- Послушает, ты только попытайся, я тебя прошу.
- Хорошо, я обещаю, что завтра поговорю с ним. - Твердо ответила я и полюбопытствовала. - За измену императорской короне, наверное, лишают всех титулов и изгоняют?
- Нет. - Вымученно улыбнулась княгиня. - За измену императорской короне - казнят.
13 глава, в которой...
Героиня отчаянно борется за справедливость и много слушает, а ещё путешествует и занимается самокопанием.
На следующий день с княгиней Эшивой я вновь встретилась за завтраком. Теперь такие приемы стали скорее необходимостью, нежели развлечением.
После новости об отравлении летописца Илема, прогремевшей во дворце, как гром среди ясного неба, каждый старался обезопасить себя и от подозрений, и от возможных покушений, и предпочитал чаще бывать у всех на виду.
За столом отсутствовал император и граф Триоли, что печально, и графиня Анесс, что замечательно, потому как сегодняшняя утренняя трапеза собрала вместе предостаточно колоритных персон.
Княгиня Эшива, Гиллидеон де Лузен, Рено де Лион и принц Эфиан, которого, с недавних пор, я начала искренне уважать. Напротив меня сидел духовник графини Анесс, которого, оказывается, звали Дармас. Его неприятная физиономия мозолила мне глаза.
Из своей норы, что удивительно, выполз "Асклепий" и теперь гордо восседал рядом с Дармасом.
И вместе они с удвоенной силой действовали мне на нервы.
В общем, компания собралась, что надо.
За столом царила напряжённая тишина, которую никто нарушать не спешил. Стучали серебряные ложки, звякали фарфоровые блюдца, а высоко в кронах деревьев шумел летний ветер.
- Вы были сегодня утром на площади? - Рено де Лион перерезал нить молчания.
- Нет, с чего бы нам там разгуливать? - Дармас качнул бокалом на тонкой ножке и выразительно посмотрел на меня. От этого пронизывающего взгляда у меня по позвоночнику пробежала дрожь брезгливости и страха.
- Глашатай объявил о казни графа Триоли, вот что! Завтра в полдень! - С размаху стукнул кулаком де Лион и оглядел всех присутствующих за столом, довольный произведенным эффектом.
Цвет лица княгини приобрел нездоровую бледность. Она молчала, рассматривая содержимое своей чашки. Я сочувственно взглянула на нее.
- Я думаю, казнь - не лучшая тема для обсуждения за столом, - мягко осадила я разбушевавшегося Рено де Лиона. Но моя попытка с треском провалилась.
Рыцарь не слушал. Рыцарь продолжал.
- ...Перед казнью пленников обычно заставляют смотреться в Зеркало правды...
- Что за Зеркало правды ? - Поинтересовался принц Эфиан с другого конца стола.
- О, это крайне любопытная вещь... - Заговорщически прошептал рыцарь, найдя в лице юного принца благодарного слушателя. - Хоть на мгновение взглянув в это зеркало, пленник выдаст все, о чем его спросят. Маленькая проблемка, правда, в том, что после такой процедуры допрашиваемый частенько сходит с ума.
- Но ведь вопрос можно поставить в угоду суда? И тогда даже невиновный станет причастным...
- Леди Джейн, неужели, вы ставите под сомнение добросовестность нашего суда и магии Зеркала правды? - Перебил меня Дармас. Вопрос, понятное дело, был с подвохом.