Не стоит делать поспешных выводов, не имея достаточного количества проверенной информации. Но эта мысль не давала мне покоя, с кем можно было ею поделиться? А кому я могу доверять?
Граф Триоли. Он не раз доказывал свою преданность императору, но ему лучше пока не говорить. При всей своей сдержанности и рассудительности, с горяча он легко наломает дров.
Княгиня Эшива. Я кинула взгляд на женщину, устало привалившуюся к холодной каменной стене и в задумчивости водящую кончиком косы по губам. Ей можно и рассказать, но не сейчас.
Спустя, действительно, всего несколько минут, дверь вновь отворилась и нас пригласили войти.
Император, в чистой одежде, сидел за столом, блистая белизной одежд и поразительным умением держать осанку. Он был закутан в мантию с ног до головы, открывая лишь лицо, с подбородка до лба, на который спадали несколько темных прядей.
Твердый волевой подбородок, чувственный изгиб губ, высокий лоб и щеки, ещё не утратившие юношескую припухлость. Император был красивым молодым мужчиной, это невозможно было отрицать.
За столом, помимо августейшей особы сидел граф, расслабленно откинувшись на спинку кресла. Заметив нас, а точнее, княгиню, спешно подобрался и выпрямился, стараясь делать это как можно более непринужденно.
Эшива, простоволосая и в ночном халате, вела себя с таким достоинством истинной леди, но при этом так естественно и не вычурно, словно сама суть благородства текла у неё по венам.
Где-то в темном углу копошился лекарь, собирая свои склянки в потрёпанный кожаный сундучок. В соседней комнате шумела вода и слышался топот слуг.
Император замер памятником самому себе, сложив руки на коленях. Ан нет, все же отмер.
- Приступ в этот раз прошел удивительно быстро. - Голос! Этот потрясающий голос, черти его задери! - С чем это может быть связано?
- Так на поправку идете, ваше величество, - ответил лекарь из дальнего угла, - настойки принимаете, они помогают.
- Возможно. - Мелодично растягивая каждое слово, отвечал венценосец. - Скажите, леди Джейн,...
Я так увлекалась рассматриванием кресла, на котором сидела, водя пальцем по темным резным подлокотникам, что не услышала вопрос.
- Леди Джейн, если вам так понравилось это кресло, я его вам подарю.
- Что? - Я растерянно подняла взгляд.
- Где вы обучались искусству врачевания? - Хмыкнув, император повторил свой вопрос.
Почему-то только сейчас я обратила внимание на его странную мимику, точнее, практически ее отсутствие: во время разговора у него медленно шевелился лишь краешек рта и двигались веки. Но в остальном лицо было абсолютно неподвижным. И, несмотря на то, что император Адуен был похож на восковую фигуру, у него были поразительно живые и эмоциональные глаза. И сейчас они с лихорадочным блеском внимательно смотрели на меня.
Притвориться, что снова не услышала вопроса или сыграть дурочку не получится. Значит, нужно как-то выкручиваться. Очень надеюсь, что среди них нет какого-нибудь там мага, который чувствует ложь.
Я открыла рот, чтобы поведать увлекательную и удивительно неправдоподобную историю о себе любимой.
4 глава, в которой...
Героиня лжет и изворачивается, знакомится с местным Асклепием, штурмует библиотеку, а ещё ужинает с императором.
- Мой отец был лекарем, а я его единственное дитя. С самого детства меня окружали склянки, колбочки и учебники по анатомии. Отец хотел видеть во мне преемника. - Я несла весь этот сотворенный на месте экспромт, даже не надеясь, что они мне поверят.
Но, кажется, никто не уличил меня во лжи.
- Как интересно, женщина-лекарь, как удивительно... - Бормотал император. - И как же вы оказались в пустыне?
- Мы с моим отцом часто путешествуем... Путешествовали... - Пустила в голос слезу, лицо императора тут же смягчилось, а граф неуютно поерзал в кресле. Ага! Мы не любим женских слез! Этим нужно воспользоваться. - Мы ехали через пустыню, на нас напали разбойники, обокрали, отца убили, но меня не заметили...
- Несчастное дитя, - княгиня-добрая душа искренне мне сочувствовала, качая головой и прижимая руку к сердцу.
Граф вертел в руках свой кинжал, исподлобья поглядывая на меня.
Повисла тишина.
- Все это действительно ужасно и печально. Я сочувствую вашему горю. Но нужно продолжать идти дальше, и я хотел бы исполнить волю вашего отца. Предлагаю вам стать учеником моего лекаря. Я лично подпишу указ, позволящий вам в будущем самостоятельно работать лекарем. И чтобы никто не посмел упрекнуть вас в том, что вы женщина. - Император поднялся на ноги, тяжело опираясь о спинку кресла. Я поднялась следом.