Мужчины стояли друг напротив друга, испепеляя взглядами горящих глаз, и было слышно только их тяжёлое дыхание.
Мне хотелось забиться в дальний угол, но я старалась не двигаться. Из моего сидячего на пятой точке положения мужчины казались мне двумя огромными горами.
– Создатель никогда меня не оставлял. И сейчас тоже не оставит, – я прикрыла глаза и отчаянно мысленно молюсь.
Громкий, протяжный женский крик разом разрушил напряжение, и мы втроём устремили взгляд на лестницу, на которой появилась испуганная Лайза.
– Эхра! – тревожно вскрикнул Грегори.
Глава 17
Глава 17
– С тобой решим попозже! Можешь возвращаться на кухню, – произнёс Грегори и направился к лестничному проёму.
– Я могу помочь! – бросила в спину мужчине.
Грегори развернулся и уставился в моё лицо, замерев на несколько секунд, напряженно рассматривал мою фигуру. От пристального взгляда хотелось вжаться в стену.
– Такими вопросами могут заниматься лекари. И ты вряд ли относишься к ним, – усмехнулся мужчина.
– Почему вы так решили? – спросила с любопытством.
– Потому что ты женщина, – слова Грегори утонули в сильном раскате грома.
– Святая Богиня! И погода сегодня так некстати испортилась, – покосившись на окна, произнёс хозяин дома.
Я постаралась тут же ретироваться из большого холла, потому что наглый дружок моего хозяина тут же уставился на меня. Не сказав ни слова, я юркнула в дверной проём и бегом пустилась к дверям кухни, насколько мне позволяли старые стоптанные туфли, на размер больше нужного. Если бы не пряжка на обуви, они, наверное, слетали бы с меня при каждом моём шаге.
Небеса снова разнесли раскаты грома по небосклону.
Не самая лучшая погода для родовспоможения. Я прислонилась спиной к двери и рассматривала тёмно-–синее небо, которое местами было чёрным от нависших дождливых туч.
– Лекарь, – повторила название профессии, которая на моей планете зовётся дорогим моему сердцу «доктор». С удовольствием сейчас взяла в руки слуховой аппарат, а руки соскучились по гладкому латексу перчаток. И я бы с удовольствием провела по бортам белого халата. Белое одеяние доктора, наверное, моё любимое одеяние.
По короткой реплике и взметнувшимся бровям Грегори понимаю, что мои таланты здесь не пригодятся. Только потому, что я женщина.
Я горько вздохнула. С предрассудками бороться тяжело, практически невозможно. Но, думаю, у меня будет ещё шанс. Жаль, что не сейчас. Предчувствие и аналитика последних событий подсказывали мне, что роды у Эхры преждевременные.
А лекаря…
Я взглянула на чёрный небосвод, навряд ли дождется гостеприимное семейство по такой погоде.
Я прошла внутрь кухни и, быстро преодолев помещение, присела на лавку у стола.
– Ну что? – напряженно всматриваясь в моё лицо, спросила Зара.
– Со мной всё в порядке, – ответила, нахмурив брови. – А у Эхры схватки. Наверное, начались роды.
– Святая богиня, до родов ещё рано! – всплеснув руки, воскликнула Мавра.
– Эхра так ждала этого дитя, – подхватила Айлин. – А до лекаря не добраться по такой погоде. Дороги сейчас всё размоет.
Я молчала. Можно было сказать, что я могу и умею принимать новую жизнь в этот мир. Хотя именно в этот мир было бы впервые для меня, но правила нового мира полны необоснованных мнений. И мне никто не поверит… Я откинула непослушные пряди назад и перебираю складки тёмно-коричневого платья.
– Ладно, у нас много дел. А Эхра… – Зара на время замолкла. – Пусть Богиня не оставит её.
Все молча уткнулись в свои монотонные дела, и я последовала их примеру, подтянув ближе разделочную доску.
От очередного громкого раската грома невольно вздрогнула. Дождь с силой забарабанил в окно, а в помещении кухни стало совсем темно. Зара достала длинную лучину и подожгла её в печи. В каждом светильнике, прикрепленном к стене, подожгла фитиль. Я ещё раньше обратила внимание на интересное приспособление, прикрепленное у стены. Глиняный сосуд с длинным носиком, в который кладется фитиль, пропитанный маслом. Незатейливым приспособлением, тем не менее, получалось освещать небольшое помещение закопчённой кухни.