Дверь со скрипом отворилась, и внутрь зашла грузная Дакра. Я тут же ухватилась за полотенце и прикрыла нагое тело.
– Что я там не видела, – усмехнулась женщина.
В руках Дакры я увидела стопку одежды и растянулась в улыбке, поняв, что мне будет во что переодеться.
– Да. Зара сказала принести тебе одежду, – ответила Дакра, проследив за моим взглядом. – Приглянулась ты ей.
Дакра положила одежду рядом со мной и, отступив на шаг, взглянула на мою, лежащую рядом у скамьи.
– Я заберу это у тебя и приведу в порядок. Но имей в виду, каждый восьмой средний круг все стирают свою одежду самостоятельно.
Я утвердительно закивала головой.
Замечательно. Как только Дакра вышла, я потянулась к белой рубахе с завязками на шее. Пробежавшись ладошкой по тонкой ткани, надела рубаху. Остальная одежда не отличалась покроем и фасоном от предыдущей, но заметно отличалась по качеству.
Добротная ткань нижней юбки струилась красивыми складками, а корсет из черной плотной ткани смотрелся совсем новым. Несмотря на усталость, я немного повертелась, разглядывая себя в новом одеянии.
Я осторожно выглянула на улицу из приоткрытой двери. Дождь прекратился, и на улице было темно. Лишь свет двух холодных светил пробивался сквозь темные тучи. В окнах хозяйского дома пляшет свет от свечей, зажженных по всему дому.
Когда-то в моём доме плясал свет от электрических лампочек, а мама, откладывая в сторону детскую книгу, подхватывала меня на руки и относила в детскую. От воспоминаний защипало в глазах. Смогу ли я когда-нибудь её увидеть? Или застряла в этом полудиком мире навсегда?
Я прошла внутренний двор и тихонько отворила дверь в спальную комнату для работников. Милли, свернувшись клубочком, уже мирно сопела, подперев рукой свою пухлую щечку.
Я невольно улыбнулась на милую картину спящего усталого ребенка. Всегда помню любопытный взгляд, которым Милли разглядывала меня при первых наших встречах на конюшне. И подсохший кусок пирога, который трогательно протянула мне девочка.
Рядом с Милли стоит кровать Айлин, которая подтянув к подбородку одеяло, спала, раскинув волосы по подушке. Я стянула с себя обе юбки и расшнуровала корсет. Хотелось, чтобы новые вещи смотрелись на мне также красиво, как и вечером. Оставшись в одной рубахе, нырнула под тонкое одеяло. Тяжелые веки сомкнулись мгновенно, и я провалилась в тягучий сон.
Я выглянула из окна второго этажа своей комнаты на внутренний двор. Чёрный скакун гарцевал на брусчатке, стараясь скинуть своего наездника. Я невольно залюбовалась красивыми и благородными чертами лица мужчины. Волевой подбородок, волнистые волосы, которые трепал легкий ветерок, и взгляд карих, почти чёрных глаз.
Холодный взгляд.
Наездник одет в чёрный камзол, вышитый серебряными нитями. Впрочем, когда мужчина не одет в свои доспехи, я всегда вижу его в одеяниях только одного цвета. Чёрный... Под цвет его красивых глаз, которыми он с любопытством любит меня рассматривать. Я чувствую его взгляд практически в каждом уголке этого большого замка из серого камня.
Стараюсь не встречаться взглядами с мужчиной. Его пристальное внимание и колючий цепкий взгляд колышет все мои чувства с такой силой, что я сцепляю пальцы рук, скрывая дрожь в ладонях. Горячая волна, пробегая по венам, тяжело оседает в голове.
Мне нельзя любоваться им…
Вот так… Украдкой, выглядывая из окна своей комнаты.
Нельзя его любить…
Но сердце предательски вздрагивает, когда я вижу его очертания. У меня в этом замке одна цель, и чувства к хозяину замка только помешают мне.
Я подняла глаза на деревья, которые виднеются поверх высокого забора из того же серого камня и верхушки горного склона, у подножия которого расположился серый замок хмурого и одинокого лорда.